Энергия хлынула в меня раскаленным потоком, мгновенно конвертируясь в привычную систему координат.

[Получено: 500 морт]

С учетом моих старых запасов, сейчас во мне бушевало ровно 700 морт. И эта цифра перешагнула критический порог.

Как только резерв в теле перевалил за пять сотен, моя собственная плоть отозвалась дикой, пьянящей трансформацией. Кости хрустнули, потому что я позволил телу сделать это. Из-под кожи на предплечьях, плечах и груди с влажным треском полезли плотные белесые наросты, на глазах сплетаясь в глухой, монолитный костяной доспех. На пальцах выросли длинные, изогнутые костяные когти, острые как бритва.

Я хищно сжал и разжал когтистые ладони, наслаждаясь пульсирующей в венах первобытной мощью.

— Ну всё, — усмехнулся я, глядя в темноту. — Теперь я некромант всем некромантам.

Пауки посыпались с потолка сплошным мохнатым дождем.

Первая тварь приземлилась передо мной, клацая жвалами. Я даже не стал уклоняться. Шаг вперед, короткий замах — и мои костяные когти с хрустом пробили хитиновый панцирь. Я рванул руки в стороны, безжалостно разламывая пауку спину пополам.

[Получено: 30 морт]

Тварь задергалась в агонии, но я не дал ей умереть напрасно. Мысленно зачерпнув из резерва, я тут же влил в еще теплое тело почти сорок морт.

Искалеченный паук замер, а в следующую секунду резко вскочил на лапы. В его фасеточных глазах зажегся мертвый, инфернальный свет. Накачанный моей энергией, свежеподнятый мертвяк стал быстрее и сильнее своих живых сородичей. Он тут же с яростным шипением бросился на ближайшего паука, вгрызаясь ему в глотку.

А дальше началась кровавая мясорубка.

В меня полетели липкие сети. Паутина опутала мои руки и торс, пытаясь сковать движения, но усиленные мышцы и костяной доспех сделали свое дело. Я с рычанием порвал прочные нити, словно гнилую пряжу, и бросился в самую гущу стаи.

Я рвал их когтями, ломал суставы, пробивал панцири. И каждого убитого паука я тут же поднимал, щедро вливая морты и превращая врагов в своих цепных псов. Моя личная армия росла мигом, и вскоре живых тварей просто разорвали на куски их же мертвые собратья.

Самое прекрасное в некромантии — это кадровая политика. Враг нападает на тебя толпой, а через минуту уже сам работает на твою победу. Без собеседований, жалованья и глупых разговоров о мотивации. Красота.

Когда всё закончилось, в коридоре повисла тишина, нарушаемая лишь сухим шорохом лап.

Я стоял в центре побоища, тяжело дыша и оценивая результаты. Пора было свести дебет с кредитом.

Изначальный остаток: 200 морт.

Выкачано из артефактов: +500 морт (итого стало 700).