— Недаром говорят, что тебе, великий государь, видно скрытое. Я уж и сам давно забыл, то своё первое имя и имя своего отца.

— Негоже, забывать имена отцов, — покачал головой Александр.

— Нас слишком упорно и долго учили бекташи, что единственный наш отец — султан, мать — орден дервишей, а семья — орда янычар.

— Понимаю…

Александр внимательно посмотрел в глаза пленнику и тот потупил взор.

— Расскажи про себя, пока я не принял у тебя клятву верности. И смотри, чтобы не осталось от меня тайного, ибо невозможно доверие к подданному, если он скрытен.

— Мне нет смысла, что-то скрывать, великий государь.

— Тогда рассказывай.

Бывший третий визирь султана начал свой рассказ.

— Я родился в одна тысяча пятьсот пятом году от рождества Христова в Сербской деревне Соколовичи. Это недалеко от Герцеговины. В связи с этим у янычар получил прозвище «Соколлу». Мой отец — Димитрий — был православным христианином. И я был крещён в православии, получив имя Байо. Получил образование в монастыре городка Милешев, и был отдан отцом в личные невольники султана по девширме. Это налог на мальчиков, которым облагались не мусульманские семьи. Кроме меня у отца было ещё восемь детей: пять сыновей и три дочери.

Визирь посмотрел на Александра.

— Продолжай, — разрешил царь.

— Я попал в город Эдирн, где провёл около года в обучении воинскому искусству. Там меня и обратили в ислам. Около двадцати лет я прослужил в янычарах, но мне хорошо давались науки, которым нас продолжали обучать, и меня перевели в имперскую канцелярию. Потом султан Сулейман назначил меня начальником своей стражи.

Рассказчик тяжело вздохнул и сделал небольшую паузу, якобы набирая воздух. На самом деле, Мехмед-паша всё ещё не решался сказать главное.

— Когда в одна тысяча пятьсот сорок шестом году от рождества Христова от болезни скончался предводитель пиратов Алжира, адмирал Капудан-паша Хайр-ад-Дин Барбаросса, султан назначил меня его преемником, хотя рассматривались и другие кандидатуры, но я напросился сам. К тому времени я изучил искусство войны на море и решил себя испытать, как адмирала.

— И как, испытал?

— Нет, великий государь. К сожалению, я увяз в административно-хозяйственной работе. За пять лет, что я провёл на этой должности, мы организовали ряд военных морских экспедиций, в том числе к морским крепостям современного Триполи, но возглавлял их капитан и адмирал Тургут-рейс, потому, что капитаны корсаров его лучше знали и уважали. Я же продолжил занимался обновлением флота и подготовкой корабельного вооружения.

— Очень жаль, что ты не получил опыт морских сражений…