Нэсса рассмеялась. Смех у неё был своеобразный — сдержанно-мелодичный, с чуть заметной хрипотцой.
— Если бы я не знала, откуда ты, — сказала она, — решила бы, что ты действительно дурачок. О какой конкуренции ты толкуешь? Для лорда трудно придумать более неподобающее занятие, чем прислуживать простецам, которых пьянит богатство.
— Но почему — прислуживать? Качественно выполняю работу, беру за это большие деньги. Не худший способ заработка, по-моему. Ничего зазорного не усматриваю.
— Некоторые лорды, даже из высших, — сказала Нэсса, — порой и вправду испытывают потребность в деньгах. И я могу допустить, что в случае совсем уж крайней нужды кто-нибудь из них согласился бы сделать такие снимки. Но только при условии строжайшего сохранения тайны.
— Тайком — нет смысла, — возразил я. — Платить не будут. Такие фотки люди заказывают, чтобы перед друзьями хвастаться.
— Да, вот именно. Услуга подразумевает публичность. Ни один лорд не пойдёт на это.
— Вот и прекрасно. Меньше народа — больше кислорода.
А после паузы я добавил:
— Вот, значит, из-за чего надо мной хихикают в последнее время. Спасибо, что подсказала… Странно, что Грегори не участвует. Нет, я понимаю, он меня вроде как бойкотирует — но даже косо не посмотрел ни разу. Чего он такой загруженный, ты не в курсе? Раз уж готова отвечать на вопросы…
— В курсе, — сказала Нэсса. — Это уже, в общем-то, не секрет, скоро все узнают. Из Академии исключается первокурсник, который входит в клан Грегори.
— А за что? Дебош?
— Нет, всё гораздо серьёзнее. Он учился на универсальном факультете, но потерял способности. Дар будто растворился.
— А такое бывает?
— Чрезвычайно редко. Необъяснимая флуктуация. Для клана это — ущерб. И материальный, и репутационный.
— Понятно…
Прервавшись на полуслове, я нахмурился:
— Погоди, а этот первокурсник случайно не белобрысый?
— Верно. Ты его знаешь?
Я медленно кивнул. Мне во всех деталях вспомнилась сцена — пацан с охряным браслетом разглядывает в столовой «панно», которое больше никто не видит, кроме меня.
«Панно», нарисованное серебристой краской.
Той самой суперкраской из мифов…
— Значит, — переспросил я, — он потерял магические способности? А память у него сохранилась?
— Память? — несколько удивилась Нэсса. — Насколько знаю, помнит он всё нормально, ничего не забыл. Почему ты спрашиваешь?
— Да так, — ответил я хмуро. — Хрень тут какая-то происходит, в вашей обожаемой Академии Красок.
Глава 21
Бруммер в эти дни ходил довольный, как слон. Во-первых, он сводил Уну на свидание куда-то в город, а во-вторых, его почти перестали преследовать девицы из других кланов. Или, точнее сказать, охота вроде бы продолжалась, но уже вяло, без огонька. Две самые напористые охотницы больше не донимали.