— Этот Перекресток, — начала она тихо, — уже не тот, что был раньше. Тот, где мы с тобой начинали. Тот был… вольным. Хищным — да, опасным — да, но вольным. Сюда мог прийти любой, у кого был корабль и смелость. Можно было жить по своим правилам. А теперь они хотят превратить это место в обычную бандитскую базу, только очень большую. Правила, непомерные налоги, присяги… теперь еще и это «Око Шести». Они хотят надеть на нас униформу и поставить на довольствие. Я скорее пойду в подчинение к тебе в твою Коалицию, чем останусь здесь гнить.

Произнеся это, она через секунду сморщилась, недовольно махнув рукой, как бы отмахиваясь от самой мысли.

— Это просто оборот речи, если что. Стать солдатом Коалиции я не соглашусь ни за что. Но и здесь оставаться не хочу. Так что да, Мидас. Уничтожай его. Сожги дотла. От того старого Перекрестка не осталось и следа.

Облегчение, теплое и ясное, разлилось по моей груди. Я не осознавал, насколько мне нужен был ее ответ, ее поддержка. Риалия была частью этого мира, его плотью и кровью. И если даже она видела, что все сгнило, значит, я был прав.

— Я рад это слышать, — сказал я искренне. — Тогда я попрошу у тебя помощи. Мне нужна информация. Не только о планах совета. Мне нужно знать, что думают люди. Простые пираты, капитаны, которые не входят во Внутренний Круг. Как они относятся к новым порядкам? Много ли недовольных? Готов ли кто-то поддержать перемены, если представится шанс?

Она улыбнулась, и в ее улыбке появился знакомый хищный блеск.

— Думаешь, можно поднять мятеж? Искать союзников среди толпы? — она покачала головой, но не в отрицание, а с одобрением. — Да, я могу это сделать. Хотя не обещаю тебе подробный социологический опрос, постараюсь вызнать получше, кто чем дышит.

— Прекрасно, — я кивнул. — Действуй осторожно. И жди моего сигнала. Через несколько дней мои люди вернутся с разведки, и мы начнем.

Я сделал шаг к выходу, но она остановила меня, легким движением взяв за руку.

— И это все? — в ее голосе снова зазвучала игривая обида. — Поручил задание и уходишь? Даже не простишься как следует?

Я посмотрел на ее губы, на огонь в глазах, на тело, шикарное, обнаженное тело, все еще напряженное и влажное от пота из-за недавних событий и получения силы. И позволил себе слабость.

Я наклонился и снова поцеловал ее. На этот раз поцелуй был не яростным, а медленным, глубоким, полным невысказанного обещания и благодарности.

— До скорого, Риалия, — сказал я, отрываясь от ее губ.

— Возвращайся живым, Мидас, — прошептала она в ответ. — На этот раз я не переживу, если ты снова исчезнешь.