Слушая этот озвученный прайс-лист, я мысленно уже потирал руки. Торговая схема вырисовывалась — просто загляденье! Возможная маржа от негоции зашкаливала все рамки.

— Значит так, мужики, — я обвел суровую артель веселым взглядом. — Мы скоро придем в Англию. А Англия нынче — это мировая кузница. Может, закупим там нормальные, цельные якоря и тросы, забьем трюмы английскими иголками, гвоздями, ножами да топорами. И привезем всё это на Аляску морем, целехоньким!

Промышленники тут же загомонили, переваривая ослепительную в своей простоте коммерческую многоходовочку.

Услышав столь крамольные речи, приказчик Шемелин испуганно замотал головой, вжав голову в плечи:

— Да как же можно-с, Фёдор Иваныч! У Николая Петровича Резанова по бумагам груз строго прописан! Он за каждую копейку перед Компанией дрожит. Не пойдет он супротив реестра!

— А если поговорить с ним?

— Да и то не выйдет. Оно, конечно, якоря на Камчатке сильно нужны. Да сами же видите — корабли перегружены. Не примет капитан на борт нового груза. Шибко они тяжелые, якоря эти.

— Ладно, поговорю. С обоими.

Оставив ошарашенных сибиряков и перепуганного приказчика переваривать услышанное, я направился к трапу. Реально — ну что за дебилизм? Вместо нужных товаров везем железо. Нет, оно, конечно, тоже пригодится. Если не сгниет дорогой. Но есть вещи, которые на Камчатке стократ нужнее! Что все так тупо-то, а?

Однако, когда я поднялся из трюма, оказалось, что разговор с Резановым придется отложить. Капитан и камергер вновь сошлись в клинче.

— Я не могу терять время, Николай Петрович! — Крузенштерн рубил воздух ладонью, лицо его пошло красными пятнами. — Скоро осень, нам нужно ловить пассаты в Атлантике. Каждый день задержки — это риск зазимовать у черта на куличках. Мы не можем себе позволить экскурсии!

Резанов, затянутый в камергерский сюртук, с анненской лентой и звездой, смотрел на капитана как на взбунтовавшегося таксиста.

— Иван Федорович, я напомню вам, что цель этой экспедиции — не только замер глубин и следование из пункта «А» в пункт «Б». У меня дипломатическое поручение. Мне нужны лондонские банкиры, мне нужен дом Берингов и переговоры в Сент-Джеймсе. Я посол, а не пассажир на барже!

Держась поодаль, я внимательно наблюдал за их ссорой. Понятно… Резанову хочется в Лондон. Может, реально переговоры вести, может, просто мужик задолбался, соскучился по бордо, хрустящим простыням в отеле, и симпатичным дамочкам в борделе. Тут я его понимал. Особенно — в последнем пункте.

А вот у капитана были свои соображения, чисто навигационные, морские. И они никак не могли прийти к одному знаменателю. Спор разгорался, и вот когда он уже грозил перейти в рукопашную, сквозь свист ветра раздался крик: вахтенного офицера