— Вижу каску… — пробормотал Либерт, но в этот момент раздался второй выстрел. В воздухе что-то коротко свистнуло. Либерт пошатнулся, его винтовка с глухим стуком упала на деревянный пол. Райнер обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как его товарищ медленно опускается на колени.

— Ханс! — прошипел Райнер, бросаясь к нему. Он успел поймать его, когда тот начал заваливаться набок.

На сером лице унтер-офицера читалась боль. Его левая рука судорожно прижимала бок, где через ткань бушлата уже проступала темно-бурая кровь.

— Это… — Либерт попытался что-то сказать, но его голос сорвался.

— Не говори, не двигайся, — резко произнёс Райнер, вытаскивая из кармана бинт.

Но он понимал: времени нет. Противник знает, где они, и следующий выстрел может быть последним и для него. Райнер быстро перебросил тело Либерта за груду кирпичей, сам прижался к стене, всматриваясь в сторону русских позиций. Тревожное молчание длилось несколько мгновений, а потом он услышал ещё один выстрел. Пуля пронеслась мимо, врезавшись в стену.

Райнер выругался про себя, прижимая Либерта ближе. Тот с трудом дышал. Его глаза стали стеклянными, движения — редкими и слабее с каждой секундой.

— Ханс, держись! — прошептал Райнер, но в глубине души знал, что это конец.

Ещё один выстрел. Райнер уже не стал ждать. Он быстро поднял винтовку, наугад выстрелил в направлении противника и тут же бросился назад, под прикрытие ближайших обломков. Уйти с этой позиции в светлое время суток было нельзя, но оставаться тоже не представлялось возможным.

В глубине здания, среди развалин, Райнер наконец остановился, прислонившись к холодной стене. Его сердце гулко стучало в груди, но он заставил себя успокоиться. Глубокий вдох, затем другой. Внутри всё кипело, но его лицо оставалось холодным.

* * *

Работа снайперов под прикрытием дронов Громова начала давать ощутимые результаты. После нескольких успешных операций вражеская снайперская активность заметно снизилась. Немецкие стрелки, привыкшие доминировать, оказались в непривычной ситуации: их позиции вскрывались раньше, чем они успевали закрепиться. Точные удары советских стрелков по вражеским позициям выявленным согласно координатам, полученными с воздуха, вынудили немцев оставить несколько ключевых точек в секторе, которые до этого полностью контролировались ими.

На фоне этой положительной динамики Алексей Громов и техник Дурнев посвятили несколько ночей детальному анализу собранных данных. Снимки, сделанные дронами, позволяли понять, как именно немцы маскируют свои позиции, какие элементы выдают их местоположение и как лучше оптимизировать маршруты беспилотников. Громов сделал вывод, что его аппараты должны не только фиксировать контуры укрытий, но и анализировать изменения в ландшафте, особенно после выстрелов. Это могло бы ускорить процесс поиска стрелков и снизить риск для бойцов на земле.