— Ну, идем… — Я, чувствуя легкую неуверенность, двинулась к дому. Островитянин тихой тенью следовал за мной.

Едва женщина увидела нас, как вскочила, вернее, попыталась вскочить — ухватившись руками за перила крыльца, тяжело потянулась следом, болезненно морщась.

— Ваше Высочество… — Она попыталась поклониться, но я, понимая, что старушка может потом и не разогнуться, остановила ее, придерживая за локоть.

— Как тебя зовут?

— Ависия, Ваше Высочество. — Женщина снова сделала попытку поклониться, но я все так же не дала ей этого сделать.

— Идем в дом, Ависия. Ты хозяйка, жена старосты?

Женщина молча кивнула, Харакаш открыл дверь, входя первым, мы двинулись следом.

Ависия ступала медленно, осторожно и, как мне показалось, чуть прихрамывая. Войдя в дом, я увидела чистые сени, убранную и достаточно просторную горенку и даже проход в отдельную комнату, где я уже заметила бок одного из своих сундуков. Выложенный камнем очаг теплился углями, на столе с выкрученным на полную фитилем стояла зажженная масляная лампа, и всю эту идиллию портила только одна небольшая деталь — не до конца соскобленное и замытое пятно крови на полу возле стола.

Пока Харакаш шустро осматривал дом, суя нос во все углы, я велела Ависии сесть на лавку, обошла стол, сняла с головы шлем и, водрузив его на столешницу, с наслаждением пошкрябала щеку пальцами.

Женщина молчала, нервно вцепившись в свой платок пальцами и уставившись на мой шлем, я же, пользуясь случаем, рассматривала ее.

Хозяйка дома была действительно немолода — волосы, торчащие из-под повязанной на голову косынки, полностью поседели, морщины, избороздившие лицо, были свидетельством действительно почтенного возраста, а не работой ветра и солнца. В горницу вернулся удовлетворенный осмотром островитянин, и Ависия тут же перевела взгляд со шлема на него, словно бы испытывая облегчение, что есть на кого смотреть, кроме меня.

— Нашел что-нибудь интересное? — Я совершенно не знала, о чем говорить с женой старосты и как с ней себя вести, потому возвращение Харакаша тоже принесло мне облегчение.

— Второй подпол, шкатулку с монетами, несколько книг. Ничего, что было бы нам нужно, — закончил мастер меча, покосившись на сидящую на скамье женщину. — Хозяйка, мы останемся в этом доме. Тебе есть, куда уйти? И лучше бы тебе обратиться к армейскому лекарю или к братьям-рыцарям, чай уже не девочка, нога сама по себе болеть не перестанет.

Ависия кивнула дважды и, встав, опять попыталась неловко поклониться.

— Не нужно. — Я отвела глаза. С одной стороны, мне была понятна простая логика поведения в этом мире — аристократии положено все самое лучшее, и не для них делить дом с простой селянкой. С другой — мне было стыдно за то, что пережившую такие потрясения женщину мы практически выгоняли из дому. Впрочем, что бы я ни чувствовала, мне нужно было вести себя так, как положено, а не так, как хочется.