— Как ты себя чувствуешь? — Я вздрогнула от неожиданности, резко обернувшись на Гира. В неверном свете лучины его лицо казалось вырубленным из камня, а темные глаза утопали во мраке.

Помедлив с ответом, я прислушалась к себе, потом подняла правую руку вверх и осветила божественной печатью комнату.

— Хорошо. Даже больше, чем хорошо, — снова взглянув храмовнику в лицо, я увидела, как он испытующе смотрит на меня.

— Твой запас Ато увеличивается с каждым днем. Ты потратила очень много на эту… этого щенка, — мужчина явно сдержался от какой-то резкости. — А сейчас все потраченное не просто вернулось, но и умножилось…

— Я тренируюсь, — спустив ноги с кровати, я отодвинула лезущего на колени щенка и, нашарив свои сапоги, принялась обуваться, — пусть я делаю это интуитивно, но, судя по всему, иду в верном направлении.

— Почему ты так решила? Что толку от твоего умения ковыряться в телах животных или даже людей?

Молча натянув второй сапог, я встала, потянулась до хруста в спине, поймав прищур заинтригованного Харакаша, все так же валяющегося на полу. Он явно ждал, что я отвечу Гиру с большим интересом. Разведя руки в стороны, я скрутилась в поясе, вызывая очередную волну легких пощелкиваний, а затем, наконец, бросила ленивый взгляд на храмовника.

— От этого умения толку никакого. Но я увеличила свой запас Ато. И пусть я не блещу мастерством владения ей, но скажи мне, честно, если я сейчас скажу… да хотя бы песнь Принятия, использовав все, что у меня есть, на одного тебя, что от тебя останется?

Гир открыл рот, но замер, не проронив ни звука, и, спустя мгновение, закрыл его. Я продолжила:

— Защитник веры, это оружие в руках божества. И как бы изысканна Светозарная не была в фехтовании, сейчас у нее есть только окованное железом бревно. Зато попасть нужно только один раз, — услышав с пола тихое ехидное хмыканье, я улыбнулась и, отведя взгляд от сидящего на лавке храмовника, наклонилась к кровати, чтобы почесать лохматое ухо своего подопытного.

— Будет просто прекрасно, если я из бревна превращусь когда-нибудь в острый меч, но это превращение я сама вряд ли смогу осуществить. Потому магистр и попросил тебя заняться этим, Харакаш, к сожалению, может помочь мне только в совершенствовании физической формы…

Щенок обслюнявил мне пальцы и, судя по всему, всерьез решил, что из них можно добыть молоко, потому я убрала от собаки руку, не желая быть засосанной до смерти.

Гир молчал, видимо, наконец-то задумавшись о своей роли во всей этой истории всерьез и я, вытерев руку об штаны, посмотрела на островитянина, что уже встал с пола и сноровисто убирал свои нехитрые пожитки в седельную сумку.