Дела у Эмила шли не очень и я понятия не имела, как ему помочь. В очередной раз распавшийся клубок дерущихся, словно два разъяренных кота, мужчин позволил мне рассмотреть «красного» чуть лучше. Он, как и Эмил, был одет в плотную простеганную куртку и штаны. Живот и поясницу закрывал широкий кожаный пояс, с наклёпанными на него металлическими пластинками. Этот же пояс служил основой для крепящихся к нему за специальные кольца сумочек. Что в них было — для меня оставалось загадкой. Противник Эмила выглядел потрепанным, как и сам Безымянный. Лица обоих мужчин уже были расцвечены синяками, но это было мелочью. Снег вокруг места их борьбы был щедро украшен каплями крови — она капала с края стеганой куртки Эмила, текла по левой штанине «красного». Кровью были измазаны их лица. Казалось, что в какой-то момент они оба использовали в драке не нож, что каждый сжимал в руке, а собственные зубы.

Пока я рассматривала их, «красный» вдруг обернулся и сделал в воздухе странный жест в мою сторону. Эмил, не дав ему закончить, бросился на драконопоклонника, но тот, видимо, не просто ожидал подобной реакции, а намеренно провоцировал Безымянного, потому как легко уклонился от атаки.

— Нет! — я вскакиваю на ноги, преодолевая боль, но какой в этом толк? Эмил пропускает удар кулаком в лицо, пошатывается и «красный», подсекая Указующего, бьет упавшего ногой по затылку. После чего оборачивается на меня.

В его взгляде — упрямая решимость. Я понимаю, что этот поединок окажется для меня самым сложным. «Красный» не отступит, но и не будет лезть на рожон…

Меня вдруг касается странное чувство, немного колючее и очень знакомое. Мой противник, остановившись на полпути, замирает, глядя на меня настолько подозрительно, что мне даже хочется развести руками, сказав «это не я». Мы синхронно поворачиваем головы, одновременно определив, с какой стороны идет это странное ощущение, но для моего несостоявшегося противника уже поздно. Три смертоносных оборота, и отлично знакомый мне топор с отчетливо слышным хрустом проламывает ему голову, отбрасывая тело «красного» назад.

Я со всей возможной скоростью ковыляю навстречу островитянину.

— Забери мой топор! — кричит мне он, опускаясь на одно колено возле неподвижно лежащего Эмила и я, чуть притормозив, дергаю задорно торчащее вверх топорище. Потом, сцепив зубы, втыкаю свой меч в землю рядом и упершись ногой в грудь мертвого драконопоклонника, обхватываю деревянную рукоять двумя руками и тяну, раскачивая оружие из стороны в сторону, пока оно, наконец, не поддается, выскальзывая из костяных тисков.