— Жив, — радует меня Харакаш, едва я оказываюсь рядом, — но без сознания. Крепко его отделали. Раны не серьезны, главное, чтобы никакой дряни туда не напихали, Так, на первый взгляд, все чисто. Ты как?

— Жива, — я не знаю, что еще ответить мастеру меча. Он понимает, что для подробного описания моего состояния сейчас не время и лишь задерживается взглядом на моем лице на миг.

— Надо увести тебя и Эмила, и я вернусь за…

— Гир мертв, — прерываю его я, — где-то здесь, наверное, Гаратэ. Я не хочу бросать его.

Островитянин дергает щекой, с прищуром глядя на меня.

— Мертв, значит… Ладно. Сейчас наша пехота штурмует холм, я убрал разведчиков и дозорных, храмовники прикрывают им головы. Так что ребята Бернарда делают много шума, но я не уверен, что… — С находящегося от нас по левую сторону конца лагеря раздается шум и ржание коней. Харакаш меняется в лице, хватает Эмила под руки и, закинув себе на спину, бросается к телеге. Я бегу за ним.

Мы успеваем спрятаться за ней как раз в тот момент, когда из-за шатров и палаток показывается тяжелая конница. Она быстро проезжает мимо нас к противоположному концу лагеря, под пожелания Харакаша переломать себе шеи на склоне.

— Они… Они же сейчас съедут с холма прямо на наших! — Я провожаю бронированных всадников взглядом, ощущая безысходный ужас.

— Да, потому так важно как можно скорее вывести тебя из лагеря, — мастер меча бросает на меня короткий взгляд и я вцепляюсь в Эмила обеими руками.

— Он убил брата, защищая меня! Я его здесь не брошу!

В это же время вылезший из-под телеги щенок поставил передние лапы на бедро Безымянного и тихонько тявкнул, глядя на островитянина. Тому оставалось лишь вздохнуть:

— Отважный храмовник, щенок, юная валькирия и уставший старик. Про нас напишут просто невероятные легенды, если мы переживем этот день, конечно.

— Так уж и старик, — хмыкнула я, пользуясь короткой возможностью просто сидеть и не шевелиться.

— Эва, да если б я мог, я был бы уже седым! Неужели Туманный…

— Туманный молодец, это я — дура. Он мне дорогу показал, а я пошла Гира искать. Нашла вот, на нашу голову.

Островитянин сплюнул, тихо и зло что-то сказав себе под нос. Потом, выглянув из-за телеги, повернулся ко мне.

— Так. Теперь мы знаем, где конюшня. Если Гаратэ где-то и держат, то, скорее всего, там. Оставайся тут, может быть, получится привести Эмила в чувство. Я попробую добраться до коня, выйдет — он поможет нам выбраться отсюда даже в том случае, если Эмил в себя не придет. Не выйдет — готовься, что тащить его тебе, пока я буду нас прикрывать.