— Честно говоря, я не знаю, — чуть помедлив, ответил Мило. — Этот эликсир сработает только в совокупности всех ингредиентов. А ты, как я заметил, склонна разрушать направленные на тебя воздействия, которые должны нанести какой-то урон.

Я вспомнила развалившийся на части перед моим лицом божественный щит и, прищурившись, уставилась на Мило.

— Это каким образом ты такое заметил?

Целитель снова покраснел, уставившись в пол.

— Я хотел свести тебе шрам, Защитница. Для этого нужно было аккуратно воздействовать с помощью Ато на зарубцевавшуюся кожу, удалив какую-то ее часть. Но я не смог этого сделать, мое плетение просто рассыпалось, едва только касалось твоей Ато.

— Но ведь это не вредит телу, разве нет? — Закупорив флакон, я положила его на прикроватный столик и запустив пальцы в волосы, чтобы почесать затылок, поняла, что допустила страшную ошибку — легла спать не собрав волосы в косу.

— С какой стороны посмотреть, — развел руками Мило.

— А скорость действия твоего зелья какова? Она меняется в зависимости от количества?

— Про скорость ничего не могу сказать. Мышам хватает двадцати ударов сердца, а на людях я не проверял, — в голосе «королевского алхимика» прорезалось неподдельное сожаление. — А время всегда одинаковое, меняется только сила воздействия.

— Отлично! Тогда давай проверим!. Если что — зови Альвина и отбивайся от меня подушкой до его прихода, — я снова взяла флакон в руки, подмигнув Мило, убрала пробку и приложила горлышко к губам, сделав малюсенький глоток. После чего вернула пробку на место и под совершенно ошалевшим взглядом целителя положила флакон обратно на столик.

Сначала мы просто гипнотизировали друг друга взглядами. Потом я устала сидеть и легла, не разворачиваясь из своего кокона. Потом начала задремывать. Через некоторое время Мило аккуратно потряс меня за одеяло и сообщил, что, судя по всему, на меня зелье не работает.

— О-у-у-отлично, — потерев веко протянула я, а потом сообщила, что сейчас слезу с кровати и начну переодеваться вне зависимости от того, есть кто-то посторонний в моей комнате или нет. Целителя будто ураганным ветром тут же выдуло за дверь.

«Ну ведь правда, совсем еще ребенок! А ведь если вспомнить пояснения Гира про обеты, то ему должно быть никак не меньше тридцати лет… Так странно. Может быть, в некоторых случаях делают исключения?»

Решив, что никуда не выйду из комнаты до обеда, я натянула на себя тонкие шерстяные штаны, рубаху из тех, что поддевала под стегло и, пользуясь тем, что размеры выделенных мне покоев и минимальное присутствие мебели в них оставляли много свободного места, приступила к осторожной разминке.