Брошенные кони от такого грохота заржали и отбежали от деревни еще дальше, сбившись в кучу и беспокойно крутя головами. Трупу несколько раз досталось копытами и я была уверена, что опознать его уже будет весьма непросто…

Граф скомандовал остановку. В деревне снова что-то громыхнуло, кони снова вздрогнули, а храмовник, перекатившись по снегу, вскочил на ноги и рванул в нашу сторону.

— Там… там чародей! Он сумасшедший! — Выдохнул облаченный в красно-белую рясу, покрытую копотью и кровью, мужчина, снова падая в снег и тяжело переводя дух.

Один из ехавших с нами храмовников спрыгнул с седла, и, подойдя к своему брату по вере, опустился возле него на одно колено, кладя руку ему на плечо и что-то тихо шепча.

Прищурившись, я усилием воли заставила появиться нити Ато и увидела, как между мужчинами образуется тонкая, но прочная связь, по которой ехавший с нами храмовник перегоняет энергию в сидящего на снегу.

— Доложить обстановку! — коротко приказывает Бернард и сидящий в снегу, чуть помешкав, докладывает:

— Чародей был с отрядом в герцогских цветах. Когда мы схлестнулись, он напал на нас. И на них тоже. В центре деревни разлом, несколько домов провалились. Сам чародей заперся в доме старосты, с пленниками. Требует, чтобы мы покинули деревню, оставив ему двух лошадей.

— Что с передовым отрядом?

— Потеряли двоих братьев и около шести из солдат. Островитянин и Указующий живы. Мы пытались пробраться к дому, пристрелить эту паскуду, но там везде сигнальные заклинания и чертовы вороны. Как только нас замечают, эта тварь начинает колдовать. Он уже убил двоих пленников таким образом.

— Он убивает пленников каждый раз, когда вас засекает его защита? — Я нервно прикусила губу.

«То, что он уже начал убивать пленников, не означает ничего хорошего. Как бы то ни было, он уже в отчаяньи, а значит — опасен вдвойне и может выкинуть что угодно… Вороны… Интересно, это тот же чародей? Если так, то у меня к нему должок!»

Храмовник поднял на меня усталый взгляд.

— Он вытягивает их Ато, Защитница. Медленно осушает для того, чтобы атаковать нас магией. У него в доме никак не меньше двадцати человек, — храмовник умолк, Бернард витиевато выругался и обернулся ко мне.

— Вам нельзя туда идти, это слишком опасно.

— Хм-хм… — из рядов конников вдруг раздалось весьма насмешливое хмыканье, заставившее меня буквально подпрыгнуть в седле и завертеть головой, выискивая обладателя этого голоса. — Как раз ей стоит туда пойти, не одной, конечно, но определенно стоит.

Конные ряды разошлись, пропуская вперед всадника, и уже спустя мгновение я смотрела в бледное, но весьма жизнерадостное лицо Эмила.