С этими словами я полез в кузов и принялся собирать «адскую машинку». Сердце колотилось как бешеное. Каждый скрип шагов поблизости заставлял меня вздрагивать. Но «русский бог» был милостивым — никто меня не побеспокоил. Я быстро закончил работу, тщательно замаскировал заряд под брезентом и спрыгнул на землю, машинально отряхивая руки.

— Готово, — тихо сказал я напарнику. Виктор вздрогнул так, что фуражка чуть не упала с головы. — Пора валить. Рванет минуты через три.

— А эти? — Витя кивнул на увлеченных реанимацией двигателя солдатиков.

— А эти станут лейтенантами Шварцем и Беккером, — ответил я, доставая зольдбух и бросая его под «Мерседес».

Витя последовал моему примеру. И мы неторопливо, прогулочным шагом двинулись прочь со стоянки. Однако, когда мы проходили мимо парадного подъезда, на крыльцо выскочил знакомый оберлейтенант.

— Лейтенанты Шварц и Беккер! — резко окликнул он. — Где вас черти носят? Вас майор фон Вицлебен ищет! Бегом в штаб! Колонна снабжения в ваш полк уходит через полчаса.

Это был провал. Еще минута и грузовик взлетит на воздух. Я инстинктивно сунул руку в карман штанов и потащил наружу «Браунинг», мысленно готовясь к перестрелке с часовыми у колоннады — начал прикидывать в кого буду стрелять после оберлейтенанта, куда побегу, где укроюсь…

Но в этот момент с другой стороны площади раздался взрыв. Негромкий, явно от ручной гранаты, но совсем рядом. Окна в здании штаба задребезжали, часовые у входа тут же присели, вскидывая винтовки.

— Диверсанты! — закричал кто–то. — С северной стороны!

Оберлейтенант мгновенно забыл о нас с Виктором. Его лицо исказилось яростью, он громко скомандовал:

— К бою!

Воспользовавшись всеобщей паникой, я схватил Артамонова за рукав и потащил за собой. Мы рванули в противоположную от взрыва сторону, вглубь разрушенного города, оставляя за спиной немецкий штаб и грузовик с притаившейся внутри смертью.

Руины Смоленска приняли нас в свои объятия. Мы шли быстрым шагом, не оглядываясь, и уже миновали полтора квартала, углубляясь в лабиринт разрушенных улиц, когда сзади рвануло так, что дрогнула земля. С окружающих развалин слетел покрывающий их слой снега, воздушная волна сбила нас с ног и протащила несколько метров по обломкам.

Мы с трудом привстали и обернулись. Над площадью поднимался грибовидный, словно от атомной бомбы, столб черного маслянистого дыма. Затем показались гигантские, многометровые языки красно–оранжевого пламени.

Сработало. Лейтенанты Вернер Шварц и Клаус Беккер только что героически погибли при взрыве боеприпасов.