Петя посмотрел на меня, потом на охранника, и очень–очень тихо, но предельно отчетливо произнес:

— Eine Minute!

Глава 25

Глава 25

Глава 25

19 декабря 1941 года

14 часов 00 минут

Шепот Валуева прозвучал в тишине коридора громче любого крика. Сердце у меня на мгновение замерло, а затем заработало с такой силой, что казалось, вырвется из груди. Мысль, холодная и острая, как осколок льда, пронзила сознание: если мы начнем сейчас стрелять по охранникам — всей нашей миссии конец. Их пять человек — завалить всех сразу, даже с помощью «Нагана» с глушителем, не получится. Неминуемо начнется перестрелка. Выстрелы услышат на втором этаже. Охрана фон Бока и Гудериана, если в ней служат профессионалы, не станет разбираться в причинах вспыхнувшей тревоги — они силой, под руки, выволокут фельдмаршала и генерала из «Музыкального салона» и запихают в подвал или в бронированный «Мерседес».

Но и оставаться рядом с этой комнатой, в трех метрах от «фугаса» в десять килограммов тола, — было чистым самоубийством. На вчерашнем «совете» в бункере на Краснофлотской мы все–таки запланировали отход. Который нам должны были обеспечить группы Мишанина и Альбикова — они уже с утра заняли позиции неподалеку — три снайпера во главе с капитаном — в домах вокруг площади, а Альбиков, Артамонов и Кожин — у заднего выезда из гостиницы. И сейчас нам с Петей нужно было «всего лишь» пережить взрыв. Для чего — отойти подальше от места закладки «СВУ». Да вот, хотя бы в торец коридора, к окну, на фоне которого маячила подтянутая фигура молодого фельдфебеля, командира отделения охранников. До него было метров тридцать.

Валуев, не меняя выражения слегка озадаченного лица, громко сказал:

— У меня есть важная информация для охраны! По поводу посторонних в здании!

Он внешне неторопливо огляделся, увидел вдалеке фельдфебеля, радостно улыбнулся, махнул рукой и сделал несколько широких, неторопливых шагов в его сторону. Охранник рядом со мной, все еще держа мой зольдбух, замер в растерянности. Его мозг, заточенный на простые схемы, явно дал сбой. Вроде бы перед ним были два посторонних, которых следовало немедленно обезоружить и связать до дальнейшего разбирательства. Но они ведут себя, как… «придурки»! Однако, эти придурки — свои! Один из них только что пел «Песню черного отряда Гейера».

Я, увидев движение Валуева, нагло выхватил из руки охранника свою солдатскую книжку.

— Да, да, сейчас мы со всем разберемся, — сказал я уверенным тоном, и пошел вслед за Валуевым.

Охранник, видя, что мы сами идем к его командиру, чтобы «разобраться», на секунду задумался, пробормотал что–то невнятное и, перестав судорожно «лапать» «МП–40», поплелся за нами, как послушный щенок.