— Готовность к приёму самолётов! — раскатилось над палубой из громкоговорителей. На кормовом балконе командного «острова» кипела работа. Лётного руководства вахмистр, палубный наблюдатель и дежурный вестовой готовили судно к приёму лётного звена с патрулирования.

— Есть готовность к приёму самолётов, — откликнулся на мостике Харальд Катори. — Скорость восемнадцать, курс ноль два восемь.

ВАС-61 «Кайзер бэй» дрогнул, чуть довернул и прибавил ход против ветра. На ограждении поста лётного контроля вывесили таблички с контрастными белыми цифрами скорости ветра над палубой. На мачте подняли разноцветные сигнальные шары. Сигнальщик часто заклацал шторками прожектора.

Единственный эсминец в подчинении Такэды, «Прохладный ветерок» послушно занял своё место чуть в отдалении в кильватере авианесущего судна.

На палубе и чуть ниже, по её краям, вовсю кипела работа. Одетые в зелёные куртки и шлемы палубной сотни посадочных устройств операторы торопливо крутили массивные стальные маховики подъёма аэрофинишеров. Уже заправленные в крепления лёгкие фиксирующие кабеля надёжно удерживали над палубой толстые стальные тросы. Где-то внизу, под лётной палубой дремали в ожидании тщательно смазанные тормозные барабаны.

Дальше к оконечности палубы так же расторопно поднимались аварийные барьеры. Несколько десятков человек собрались на галереях по краям палубы в ожидании — с тормозными колодками, найтовами, запасными тросами, пожарным оборудованием, домкратами, топорами и многим другим возможно или обязательно нужным снаряжением.

Чуть в стороне искренне надеялись, что в этот раз обойдётся без них ещё несколько человек. «Горячие папочки» в белых асбестовых костюмах с круглыми плоскими иллюминаторами полужёстких шлемов пожарной спасательной команды выглядели так, словно только что сошли прямиком с кадров фантастической ленты «Войны с третьей планетой». Разве что вместо абордажных моно-атомных топориков и кислотных огнемётов инопланетных захватчиков им приходилось довольствоваться толстыми рабочими перчатками.

Рядом с ними хмурилась на мокром ветру Джинни Хунта с командой санитаров. О её врачебном звании для всех напоминала совершенно неуставная комбинация символов на кожаной модно приталенной куртке: чаша Гигеи, посох Асклепия и обвившая их совершенно фантастическая змея с оскаленной пастью на половину спины размером. Впору хоть банду мотоциклистов на хайвэй выводить.

В кормовой оконечности палубы уже воздвигли брезентовый ветрозащитный экран, а посадочный сигнальщик разминался перед работой с парными обшитыми тканью сигнальными рамками в руках.