И оказался прав: у входа в отделение сидел охранник. Охранял он его так себе, потому что крепко спал. Но ведь и преступник вряд ли был способен на побег.
Лиам посмотрел вправо, посмотрел влево – никого. И всё же не стоило проникать в отделение сквозь стену: если где-то здесь стоит камера, такая запись не нужна. Лиам вошёл в первую палату.
Там лежала старушка, она спала.
Лиам осторожно прошёл через стену у её изголовья и оказался в следующей, там тоже мирно спал какой-то больной. А вот в третьей как раз и лежал заключенный. Рядом не было ни сиделки, ни нянечки, горел свет и работал аппарат, следивший за биениями сердца.
Убийца с грузовичком был немолодым человеком с грубым, будто рубленым топором лицом. Но сейчас он весь расползся и похож был, скорее, на слизняка. Отвратительное зрелище. У них в Особняке хватало мерзких типов, и Лиам предпочел бы обойтись без этого. Но к сожалению, он не мог позволить этому преступнику прямиком отправиться на тот свет, даже если ему там и полагался настоящий ад: он решал очень важную проблему и другого способа он не нашёл.
Лиам запомнил слова Сансона о погибших в море вместе с Титаником: некоторые из них до последнего верили, что их спасут, и это задержало их переход. Так вот нужно, чтобы убийца, отправляясь к праотцам, верил, что благополучно выпутался из переделки. Лиам наклонился к нему и прошептал:
– Полный порядок, тебя спасут. Полный порядок.
Он не был уверен, что хорошо врать умирающему, но ему было наплевать. Этот тип не заслужил ничего хорошего.
– Тебя спасут, если освободишься от одной тайны, – продолжил он шёпотом. – Только скажи, где закопал маленькую Оливию?
Умирающий не пошевелился.
– Отвечай! – Лиам хлопнул его ладонью по лбу.
Тот вздрогнул, но не ответил.
– Отвечай или я отправлю тебя в ад, – прошептал он с угрозой, – и там ты будешь гореть вечно!
Лиам понятия не имел, что из себя представляет настоящий ад, но в мире живых его представляли как горящий огонь и вечные муки. Страх вывел умирающего из ступора, он что-то забормотал. Лиам наклонил к нему ухо.
Через минуту он написал на температурном листке, прикреплённом в ногах кровати кривыми печатными буквами название места, где было закопано тело Оливии. Полдела было сделано. Оливия скоро отправится в потусторонний мир. Если, конечно, всё сложится благополучно. Уж очень она неуравновешенна…
Лиам уселся в кресло и стал ждать. По экрану бежала ломаная линия, показывая, что сердце продолжает биться. Лиам надеялся, что преступник отойдёт к рассвету. Если честно, он сам с удовольствием отключил бы аппарат, который поддерживал в нём жизнь, но совесть ему такого не могла позволить.