Он выпрямился и добавил уже громче:

— Подойди к трактирщику и скажи, что от меня — он расскажет, как там всё устроено.

— Спасибо, Борк! Даже не представляешь, как выручил, — произнес я и собрался уходить, но Борк поднял палец.

— Подожди, — его голос стал жёстче. — Перед уходом запомни три вещи. Первое: это очень дорого. Дороже, чем ты думаешь. Вольные отряды не работают за идею.

Я кивнул.

— Второе: не пори горячку. Лес никогда не был безопасным местом, а сейчас там вообще чёрт знает что творится.

— Знаю.

— Знает он, — буркнул мужчина, но продолжил. — И третье, — Борк посмотрел прямо мне в глаза. — Ларк — мужик крепкий. Если кто и может выжить в Лесу, так это он, но «может выжить» и «смиренно сидит на месте и ждёт спасения» — разные вещи. Думай головой, а не…

Он замолчал, махнув рукой.

— Я понял, — сказал ему.

— Будь осторожен, — проворчал Борк.

— Спасибо, — повторил я, развернулся и направился к выходу.

Мальвина, проходя мимо, остановилась и протянула руку к Люмину. Зайцелоп ткнулся носом ей в ладонь, и девушка улыбнулась.

Я взял волокуши и вышел на улицу. Солнце уже клонилось к западному краю неба. Тени домов вытянулись поперёк мостовой, рассекая дорогу тёмными полосами. Крох шагал рядом, прижимаясь боком к моей ноге — он снова чувствовал, что со мной что-то не так. Я опустил руку и погладил его по голове. Мягкая серебристая шерсть скользнула под пальцами.

— Всё нормально, — сказал я.

Крох поднял на меня взгляд. Умный зверь понял, что я его обманул.

Сперва зайду к стражникам Седьмого спуска и отдам волокуши, не тащиться же мне с ними до таверны.

Я шагал по мостовой, и в голове вертелись цифры. Сколько может стоить найм вольного отряда? Если Борк сказал «очень дорого» — это серьёзно. У меня сейчас почти двадцать одна серебряная, минус девять за работу Марно, плюс вечерний доход от Миры, плюс Хольц, плюс завтрашний…

Нет, счет оставлю на потом, сперва дойду, узнаю цену, а там видно будет.

У Седьмого спуска было тихо. Подойдя ближе, я разглядел четырёх стражников, среди которых заметил знакомого, с рыжими усами. Он что-то записывал на пергаментном листе. Рядом, прислонившись к стене, стоял Рик и дремал стоя.

— Добрый вечер, — сказал я, ставя волокуши перед столиком. — Спасибо, что оставили их вчера. Вот, принёс обратно.

Старший стражник поднял голову, узнал меня и кивнул.

— Привет, целитель. Как бронебрус?

— Идёт на поправку. Спасибо, что принесли его.

— Да не за что, — он махнул рукой и покосился на волокуши. — Рик, отнеси их на место.

Парень, очнувшись от полудрёмы, подхватил жерди и утащил волокуши куда-то внутрь крепости.