На пороге переминался поджарый старик в выцветшей рубахе. На его плече восседал зверёк размером с крупную белку, с длинным хвостом и пыльно-серой шёрсткой, отливающей бронзой. Его левая передняя лапа болталась, а сам питомец безостановочно дрожал.

— Привет, целитель, выручай, — сказал старик. — Шныр с чердака сорвался, по балке съехал и упал на землю.

— Здравствуйте, проходите, осмотрим вашего питомца, — ответил я, приглашая их в главный зал. — Кладите его на стол.

Старик кивнул и бережно посадил Шныра.

Я склонился над зверьком. Тот прижал уши и исподлобья посмотрел на меня, но, когда я двумя пальцами легонько провёл по его холке, даже не дёрнулся.

— Тихо, дружок, сейчас посмотрим, что у тебя там.

Я аккуратно взялся за повреждённую лапу. Зверёк хоть и зашипел, но дал её ощупать. Кость целая, крепитации нет, однако запястье распухло, а под кожей я ощутил смещение суставных поверхностей. При пальпации выше, у локтя, Шныр вёл себя спокойно. Зрачки реагировали нормально, дыхание было частым, но ровным.

— Да у тебя вывих, — пробормотал я себе под нос. — Но без перелома. Считай, повезло.

Словно подтверждая мой диагноз, перед глазами возникло сообщение Системы:

[Существо: Бронзовый ловкохвост]

[Класс: E]

[Ранг: 2]

[Состояние: вывих лучезапястного сустава, мелкие гематомы, выраженная болевая реакция]

Я хмыкнул. Спасибо, что согласилась.

Взяв с полки склянку с пыльцой светлячков, которая являлась слабым успокоительным, капнул немного зверьку в пасть, чтобы его успокоить.

— Подержите его, — попросил я старика.

Он кивнул и осторожно зафиксировал питомца, прижав его к столу. Одной рукой я перехватил лапу Шныра у локтя, пальцами второй обхватил запястье, слегка потянул на себя и быстрым движением вправил сустав. Зверёк вздрогнул.

Взяв мазь для снятия воспаления, обильно нанёс её, втирая круговыми движениями, пока она не впиталась. Затем зафиксировал лапу двумя палочками, найденными во дворе, обмотав их тряпицей и недавно купленной нитью паучихи.

— Палочки уберите дней через десять, раньше не стоит, — я выпрямился и посмотрел на старика. — Лазить зверю пока запретите. Лучше не рисковать, пока Шныра не поправится.

— Спасибо, целитель. Да я вообще чердак заколочу! — потрясая кулаком ответил он.

— Это правильно, — с улыбкой произнёс я.

— Сколько с меня? — спросил старик, сунув руку в карман.

— Шесть медных.

Он отсчитал монеты, выложил на стол и, аккуратно подхватив Шныра, направился к двери. Зверёк, разомлевший после пыльцы, прижался мордочкой к шее хозяина и прикрыл глаза. Я попрощался со стариком и затворил створку.