С трибун доносились встревоженные выкрики:

— Жалко-то как, такая птица была…

— Да выживет, не каркай!

На полпути Даль тихо произнёс:

— Это плохо, Эйден. Брон, скорее всего, ещё занят предыдущим зверем.

— Разберёмся, — отозвался я.

Толкнув дверь, увидел Хальвеса, который с сосредоточенным лицом работал с пациентом, и его помощников, подающих инструменты и лекарства.

Оглядевшись, я заметил Зикариуса. Он мгновенно оценил ситуацию, закатал рукава и указал на стол в центре помещения:

— Несите его сюда, — бросил он.

Помощники аккуратно переложили птицу. Кринст склонился над ней, осмотрел раздробленное крыло и скользнул по мне взглядом.

— Эйден, мне нужны руки, так что я забираю рыжеволосого, — обронил он и перевёл взгляд в сторону Хальвеса. — Брон, от тебя тоже потребуется человек.

Мужчина, не отвлекаясь от операции, кивнул. Один из его ассистентов тут же передал напарнику открытую склянку и без лишних вопросов перешел к столу Зикариуса.

— Эйден, возвращайтесь, — распорядился Кринст. — Мы справимся.

Я кивнул, развернулся, и мы направились к арке.

Стоило ступить в коридор, как до нас донесся новый рёв толпы — на этот раз ритмичный, в такт хлопкам. Мы быстро вернулись на место ожидания.

— Следующая пара! — голос судьи раскатился над ареной. — Представитель Аурума, ученик Первой Академии — Севарт Дайн с грозовым барсом Громом! Его соперник — представитель Книрта, ученик Академии «Чёрный обсидиан» — Корвас Лиш с костяным богомолом Зубцом!

Стоило прозвучать имени Севарта, как трибуны взорвались восторженным гулом, кто-то даже засвистел — толпа явно знала этого парня.

— Гром наш, — сказал я, машинально сверившись с пергаментом.

В коридоре показался высокий парень в безупречно белой куртке с золотым шитьём. Тёмные волосы были аккуратно зачёсаны назад, а на надменном лице читалась абсолютная уверенность человека, который заранее знает, что победа у него в кармане.

Рядом с ним величаво двигался мощный барс с короткой синеватой шерстью. По его бокам тянулись ломаные полосы, светящиеся голубым цветом. При каждом шаге зверя между лапами с треском пробегали тонкие молнии.

— Красавец, — выдохнул Орт.

— Угу, — отозвалась Нисса. — И он прекрасно об этом знает.

Тем временем Севарт прошествовал мимо нашей группы, даже не удостоив нас мимолётным взглядом.

— Се-вар-т! Се-вар-т! — закричали на трибунах.

Кто-то добавил, не стесняясь:

— Морду‑то попроще сделай, аристократ!

На первом ряду девушка в светлом платке подалась вперёд, прижимая ладони к раскрасневшимся щекам, и произнесла:

— Ой, не могу… Какой же он все-таки…