Подойдя поближе, я заглянул в лавку. В глубине, у небольшого горна, сидел сухопарый мужчина с длинными жилистыми руками и красным от жара лицом. Обкатав железный прут с раскаленный комком стекла, он плавно дунул в трубку, и тот медленно раздулся, превратившись в прозрачный пузырь.

— Здравствуйте, — поздоровался я.

Стеклодув скосил на меня взгляд, не прерывая работу.

— Добрый день, — хрипло отозвался он. — Осматривайтесь, только аккуратно, пожалуйста, все сосуды очень хрупкие. Если возникнут вопросы, я к вашим услугам.

Я кивнул и принялся изучать товар на столе.

Взгляд цеплялся то за высокую колбу с узким горлом, то за приземистый мерник с делениями, нацарапанными на стекле. Перебрав несколько склянок, я наконец нашёл сосуд грушевидной формы с длинным носиком, который располагался внизу, изгибаясь вверх. Я сразу понял задумку. Цветочную воду можно будет вылить через носик, не потревожив масляной слой, собравшийся наверху. То, что нужно.

— Хороший выбор, — заметил стеклодув, отложив трубку. — Аптекари такие часто берут.

— Сколько стоит? — поинтересовался я.

— Десять медных.

— Беру. А сколько за этот мерный стакан? — спросил я, указав ладонью.

— Пять медных.

— Беру оба, — кивнул я, отсчитав монеты и положив их на войлок. — И заверните, пожалуйста.

Люмин тем временем привстал на задние лапы и взглянул на поблёскивающую круглую зелёную бутыль. Через нить тут же прилетел образ: зайцелоп любуется собственным отражением в стекле, забавно вытянув уши в разные стороны.

— Не балуйся, — предупредил я. — Если разобьёшь что-нибудь, денег на морковку не останется.

Зайцелоп опустился на четыре лапы и сделал вид, что разглядывал небо.

Стеклодув с усмешкой сгрёб монеты и обмотал сосуды плотными тряпицами.

— Спасибо, — произнёс я, бережно уложив свертки на дно ранца.

— Всегда рад новым покупателям, приходите ещё, — бросил мастер мне вслед и вновь потянулся к трубке.

Обратный путь прошёл спокойно. Дома я первым делом помыл покупки и отнёс в лабораторию. Затем подкинул в очаг колотых дров, развёл огонь и, дождавшись углей, собрал перегонный куб, подставив под носик змеевика водяную молчанку, чтобы добыть дистиллированную воду для приготовления эфирного масла.

Несколько раз сменив воду в кадке, я наконец получил в водяной молчанке около литра чистейшей жидкости без запаха. Когда куб немного остыл, я разобрал его, промыл все детали, протёр и разложил на чистую ткань.

День незаметно перевалил за середину. Перекусив и выпив чаю, я помыл кружку, и, направляясь в дом, услышал стук в дверь.

Через нить от Кроха, дремавшего у порога, тут же прилетел спокойный образ: знакомая фигура со зверем на плече.