— Если точнее, — вставил свои пять копеек «славившийся» привычкой говорить людям правду в лицо Шестаков, — бывший канцлер Нессельроде не считал необходимым тревожить горячо им любимых англичан, кои здесь вроде как хозяева в полном праве. Уругвай как независимое государство англичанами и устроен, по сути, это их неофициальная колония. Вот он и не предпринимал никаких усилий на сей счет. Отчего у России не только нет посольств и консульств по всем странам региона, то есть в Аргентине, Уругвае и Парагвае, но даже дипломатических отношений не установлено. Что во время последней войны, принесло нашим рейдерам немалое количество неудобств.

— Бардак! — покачал я головой.

— Смею надеяться, что теперь это положение изменится, ­ — дипломатично заметил посланник.

— Угу. И очень скоро. Дмитрий Григорьевич, у тебя есть дельный человек на примете?

— Прошу прощения?

— На пост временного поверенного в делах в республиках Аргентина, Уругвай и Парагвай.

— Да как же это? — растерялся дипломат. — Нужны же документы, верительные грамоты, полномочия…

— За этим дело не станет, — усмехнулся я. — Мы с братом что-то подобное предполагали, поэтому необходимые полномочия, равно как и бланки документов у меня есть.

— Позволено ли мне будет спросить, к чему такая спешка? — заинтересованно посмотрел на меня Шестаков.

— Да потому, господа, что в самом скором времени в здешних краях начнется весьма продолжительная, ожесточенная и крайне кровопролитная война.

— Как и здесь тоже?

— Увы. Поэтому нам нужно защищать свои интересы.

— И кто с кем будет воевать?

— Все со всеми. Аргентина и Бразилия с Парагваем, Испания против альянса из Чили, Боливии, Перу и Эквадора, а те в свою очередь друг против друга.

— Помилуйте, ваше императорское высочество, — окончательно растерялся Глинка. — Но откуда такие сведения? Нет, конфликты и спорные территории между бывшими колониями испанской короны существуют, но, чтобы началась война, да еще такая масштабная… это решительно невозможно!

— Хотите пари?

— Не советую Дмитрий Григорьевич, — хохотнул Шестаков. — Проиграетесь в пух и прах!

— И кто же одержит верх?

— Ну разумеется, англичане.

— Что, они тоже будет участвовать?

— Нет, конечно, но помяните мое слово, вся прибыль на продаже оружия и амуниции достанется именно им. А на долю непосредственных участников боевых действий достанутся только кровь, страдания и долговая кабала.

— И что вы собираетесь предпринять?

— Хороший вопрос. Скажу так, в мои намерения входит постараться хотя бы часть этих конфликтов если не предотвратить, то по крайней мере ограничить.