— Если об этом узнают, я лишусь трона!
— А если не узнают, сможете удержаться на престоле и передать его наследникам?
— Мне нужно подумать.
— Подумайте. Дело это небыстрое, но и каучуковый бум случится не завтра. Успеем.
— Вы понимаете, что предлагаете мне государственную измену?
— Ничего похожего. Я ведь объяснял, что каучука потребуется много и цена на него в любом случае останется высокой. Так что интересы Бразилии не пострадают. А вот у вас появится возможность обеспечить себе и своим потомкам безбедное существование вне зависимости от судьбы бразильской монархии.
— А ведь вы без меня не справитесь!
— Как и вы без меня. Разница лишь в том, что я в любом случае найду способ заработать.
Если честно, то живописуя Педру предстоящий каучуковый бум и открывающиеся перспективы, я немного лукавил. То есть он, конечно же, случится, но не через 10–15, а через 30 и даже более лет. Но, как уже было сказано, готовиться надо прямо сейчас. К тому же я мог позволить себе такой горизонт планирования…
А вообще, технический прогресс — дело такое. Его ведь можно и подстегнуть!
[1] Залив Рио-де-Жанейро похож на устье большой реки, за что и получил свое название от португальцев, добравшихся сюда 1 января 1502 г.
Глава 19
Стоянка в Рио-де-Жанейро Шахрину понравилась. Главным образом потому, что пароход посещали много важных гостей, которым было любопытно взглянуть на корабль русского принца. Их, разумеется, нужно было развлекать, для чего оркестр играл каждый день, и Иван вместо того, чтобы с товарищами чистить котлы, наяривал для бразильских господ на аккордеоне. Ставший с недавних пор с ним неразлучным приятелем Петер был с этим вполне согласен и с важным видом стучал в литавры.
Старший механик пытался даже по этому поводу повздорить с капитаном «Великого князя Константина», говоря, что людей мало и, если все они станут играть на «русиш бабалайка», работать будет просто некому! Говорят, шум дошел до великого князя, который недолго думая приказал нанимать для работ и погрузки угля местных мастеров, а своим дать отдохнуть.
Местные мастера оказались главным образом неграми и в целом довольно приличными ребятами. Хотя приглядывать за ними, конечно, следовало.
— Хороший народ, работящий, — заключил после окончания погрузки Воронихин. — И для вашего кочегарского дела вполне пригодные.
— Это почему же? — хмыкнул Ванька.
— Ты себя после вахты видел? Черный как смоль! А они уже такие, представляешь, сколько на мыле сэкономить можно?
— Да ну вас, Лука Иванович.
— Ты, кстати, куда принарядился?
— Дык на берег. Оркестра сегодня не надобно, чего ж не сходить, коли отпускают?