— Хм, — задумался я. — На первый взгляд все так и выглядит. А в какую сумму обойдется доставка одного человека по Панамской железной дороге?

— Точно не знаю, но насколько мне известно, в прошлом году стоило порядка двадцати пяти долларов.

— Однако! Нет, брат, боюсь, такие траты мы не потянем…

— Возможно, нам удастся сбить цену.

— С чего бы?

— Видите ли, дело в том, что изначально эта дорога строилась для доставки старателей в Калифорнию, где в те годы, если помните, бушевала Золотая лихорадка. Однако пока шло строительство, все самые богатые участки оказались истощены, и ажиотаж постепенно спал. Так что, вполне вероятно, собственники дороги будут вынуждены опустить цены за свои услуги.

— А если не опустят?

— Если бы ваше императорское высочество поручили мне все хорошенько разведать, я вероятно смог бы представить вам более полные данные.

— Хочешь в командировку? — хмыкнул я. — А кто будет заниматься твоими прямыми обязанностями?

— Э…

— Откуда британский консул узнал про историю с Габи⁈ Телеграфной линии в Бразилию тут нет. Английские корабли нас не обгоняли. Значит, что? У островитян есть свой человек. Причем не просто на эскадре, что было бы неудивительно. Но именно на нашем пароходе. И пока ты не найдешь этого мерзавца…

— Думаю, я знаю кто это…

— Вот как… И когда же, позволь спросить, ты собирался поделиться со мной этой информацией?

— Да я, собственно говоря, и сам только сейчас понял. Помните, я вам докладывал о не вернувшемся с берега помощнике фельдшера?

— Ну да, было что-то такое, как раз накануне пожара у французов. Какая-то фамилия еще…

— Стахович.

— Точно. И почему ты думаешь, что это он?

— Больше некому, Константин Николаевич.

— Так он сбежал, опасаясь разоблачения?

— Нет, то есть, не только. Как удалось выяснить, минский мещанин Вениамин Стахович узнал во время стоянки, что в Вальпараисо нет ни одного практикующего врача. Вот и решил занять пустующую нишу. [5]

— Погоди-ка, а он что, врач? Почему же служил помощником фельдшера…

— Ну, во-первых, из-за отсутствия вакансий. А во-вторых, когда он предъявил свой диплом старшему врачу нашей экспедиции коллежскому советнику Гольтерману, тот лишь посмеялся и велел, цитирую, эту филькину грамоту больше никому не показывать.

— Подделка?

— Ну, сам я сей чудный документ не видел, но господин доктор говорит, что да. Ибо на момент выдачи оного преподавал в Дерптском университете, но господина Стаховича ни на лекциях, ни на экзаменах не видел.

— То есть он узнал, что на корабле находится мошенник, но никому об этом не доложил?

— Увы, Константин Николаевич. Доносительство для наших интеллигентов хуже, чем смертный грех. К тому же свидетельство об окончании фельдшерских курсов, по его словам, подлинное. Да и знания в этой специальности господин Стахович показал вполне удовлетворительные.