В путь Бухгольц отправился в августе 14-го в сопровождении «личной гвардии» (майор, два капитана, два поручика, два прапорщика, сержант и семь солдат Преображенского полка) — к таким людям, как Гагарин, ехать без своих, верных людей никак не можно.

Шли привычной русскому человеку «водной дорогой» — плыли реками Москва-Ока-Волга-Кама, а там до устья реки Чусовой, воспетой в наши дни Алексеем Ивановым. В Тобольск Бухгольц прибыл только в конце ноября. Несмотря на деятельную помощь губернатора (Гагарин всегда знал, в каких случаях непременно стоит проявить усердие), в Тобольске сборы затянулись — в Сибири, как всегда, была жуткая нехватка людей, войско для Бухгольца пришлось собирать с самых дальних окрестностей.

В общем, экспедиция стартовала только в июле следующего, 1715 года. С Бухгольцем шли два полка пехоты, семьсот человек драгун, небольшой отряд артиллеристов и семьдесят мастеровых — общим числом 2902 человека. Плыло это воинство на 32 дощенниках[55] и 27 больших лодках. Как всегда, к большой воинской силе присоседились вечно (и небезосновательно) опасавшиеся за свою безопасность купцы — на них плюсуйте еще 12 дощенников. И вся эта флотилия двинулась вверх по Иртышу к Ямышеву озеру.

Здесь, наверное, надо сказать пару слов об этом самом «Ямыш-озере», и разъяснить, почему именно оно было выбрано в качестве основной базы экспедиции. Соображения были чисто практические. Дело в том, что Ямышево озеро славилось на всю Сибирь, и, хотя и отстояло довольно далеко от русских владений, посещалось подданными Петра весьма часто.

Фрагмент карты Сербиной с Ямышевым озером. На дату не обращайте внимания, к описываемым временам там мало что изменилось, Тара по-прежнему оставалась самым южным русским поселением.

Ямышево озеро было соляным, и вода тамошняя была насыщена солью настолько, что та моментально кристаллизировалась на любом предмете, опущенном в озеро. Русские, как писал Герхард Миллер в своей «Истории Сибири», «таким образом делают из соли кресты и другие фигуры, какие кто захочет». Соли в озере было так много, что «можно бы было достать оттуда больше, нежели бы по всей Сибири исходило[56]». К тому же озеро это находилось от главной тамошней дороги — бурного Иртыша — всего-то в шести с половиной верстах. Место это было исключительно живописным — прозрачная вода в ясную погоду и с некоторого расстояния казалась пурпурной. И еще одно диво дивное — вода в озере пахла фиалками, причем запах этот чувствовался еще на подходе.

Думаю, понятно, почему русские, несмотря на изрядное расстояние от Тобольска, были на Ямышевом озере частыми гостями. Настолько частыми, что близ озера даже заладились ярмарки — и джунгары, и бухарские торговые люди ежегодно съезжались туда торговать с тобольскими, томскими и тарскими купцами. В целом же, как бы там не сладилось дальше с яркендским золотом, но поставить свою крепость на Ямышевом озере было выгодно со всех сторон.