«Известная экспедиция» началась.
* * *
122. Могутов В. Редкое и достопамятное известие о бывшей из России в Великую Татарию экспедиции, под именем посольства, принадлежащее к пользе в службе находящимся и в коммерции упражняющимся. СПБ. 1777. Цит. по электронной публикацииhttp://kungrad.com/history/biblio/mogutov/
123. Белокуров С. А. О намерении Ломоносова принять священство и отправиться с Кирилловым в Оренбургскую экспедицию 1734 г. Отдельный оттиск из «Ломоносовского сборника». СПБ. 1911. С. 69–72 (6–8).
124. Это не ругательство, изначальное значение слова «похерить» — перечеркнуть крест-накрест, поставить букву «ха», или, как она тогда называлась, «хер».
Глава 34 Непредвиденное обстоятельство
Вот так вот — с восседающего на телеге юного бухгалтера Пети Рычкова и начался новый виток этой истории. Спираль движения России во времени и пространстве продолжала раскручиваться, а новые времена требуют новых героев.
Если вы заметили, в моем долгом рассказе именно Мамбет Тевкелев был главным связующим звеном, выступал в роли той самой нитки, которая сметывала воедино всю ткань повествования. Появившись в первом же эпизоде новой восточной политики России — в экспедиции Бековича, он стянул воедино почти все ее этапы — и «астраханский», и «калмыкский», и «каспийский», и «степной». Иногда исчезал, когда, например, действие переносилось в Сибирь, но исчезал ненадолго — как писал поэт, «уходил, и вновь маячил в отдалении».
Однако случилось так, что именно основание Оренбурга стало одновременно и окончанием описанного мною «броска на юг», и началом нового этапа, который можно было бы назвать «перевариванием Степи». А главным героем, стягивающим воедино все эпизоды этого нового периода, был уже не Мамбет Тевкелев, а трясшийся на телеге скромный бухгалтер Петр Рычков — именно он пройдет этот этап практически от начала до конца, активно участвуя почти во всех его эпизодах.
И этот новый период был ничуть не менее интересным, вот только писать одиссею Пети Рычкова буду не я. Потому что новый этап уже не имеет прямого отношения к той задаче, которую я себе так самонадеянно поставил — рассказать о движении России к югу. А на этом этапе Россия практически не двигалась. Россия стояла на месте. Россия, как сказал один из моих будущий героев, сосредотачивалась. Но не будем забегать вперед.
В общем, историю Пети Рычкова вам, может быть, когда-нибудь расскажет кто-то другой. Мне же в этой книге осталось поведать об основании выдуманного задолго до своего появления на свет города Оренбурга, да попытаться в меру сил пояснить — почему же Россия остановилась. Ну и попрощаться со своим героем, теперь уже полковником Тевкелевым — как же без этого?