Я оттолкнулся и перескочил через тушу мёртвого червя, оказываясь с другой стороны, чтобы не дать левому выйти мне в спину. Правый в этот момент ударил хвостом — песок взорвался, меня посекло мелкими камнями, но это было ерунда.

Я сделал то, что обычно не люблю: резко ударил по песку ногой, специально дав сильную вибрацию. Пусть левый думает, что я здесь, ближе.

Левый выскочил слишком рано. Его голова прорвала песок на полметра левее, чем нужно.

Я поймал этот момент и ударил сверху вниз, не пытаясь пробить панцирь, а целясь точно в стык. Лезвие вошло, и червь дёрнулся.

Правый в этот момент наконец протолкнул тушу мёртвого и пошёл на меня.

Вот теперь было весело: два червя, один подбитый, второй целый, и я между ними, с песком, который предательски скользит под ногами.

Массовую магию я всё равно не стал включать. Слишком дорого. Слишком шумно. И главное, что самое сложное впереди.

«Магию оставлю для тех, кто сможет сопротивляться физике», — напомнил я себе и почти улыбнулся. Потому что мысль была правильной, а правильные мысли в бою иногда заменяют половину заклинаний.

Я сменил клинок ещё раз — взял короткий, удобный для тесной работы. И начал двигаться так, чтобы черви мешали друг другу.

Правый атаковал широкой дугой, пытаясь снести меня телом. Я ушёл внутрь дуги, подставив под удар подбитого левого. Правый врезался в него боком, панцири скрипнули, песок взлетел.

Левый, даже раненый, отреагировал инстинктивно — попытался укусить того, кто его ударил. Крючья щёлкнули по панцирю правого, не пробив, но отвлекая.

Мне этого хватило. Я шагнул к правому и всадил клинок в стык у основания головы. Потом — ещё раз.

Он взвыл, вибрируя, попытался уйти в песок, но я удержал его на поверхности, работая по слабым местам. Это было как расковыривать старую броню ножом: долго, неприятно, но если знаешь, куда давить — получается.

Правый всё-таки ушёл вниз, но оставил за собой след крови. Монстр не мог спрятаться полностью — ему нужно было время восстановить контроль над телом.

Левый в этот момент попытался подняться и снова ударить. Я не стал затягивать. Подошёл ближе и ударил уже не в стык, а в «горло» — там, где панцирь тоньше.

Клинок вошёл на ладонь.

Левый дёрнулся один раз. Второй. Потом застыл.

Я вытащил лезвие и отступил.

Остался один — правый. И он был где-то под песком, раненый, злой, но ещё опасный.

Я не стал ждать, когда он выберет момент. Я сам выбрал момент.

Побежал — не быстро, просто ровно — к месту, где под песком торчал большой каменный обломок. Там песок был плотнее, и червю сложнее выскочить точно под ногами.