Магию я всё равно не хотел тратить, но кое-что «маленькое» позволить мог.
Я коротко щёлкнул пальцами и дал импульс усиления ногам — не заклинание, а привычный толчок, который ускорял тело без красивых вспышек. Рывок — и я оказался дальше, чем его хвост мог достать в этом обороте.
Червь, не найдя меня, инстинктивно пошёл вниз. Панцирь стал мелькать всё реже, и через секунду он уже «плыл» под песком, оставляя за собой выпуклый след.
Глава 18
Я не побежал за ним. Наоборот. Сделал пару шагов в сторону, встал на более плотный участок — там, где под песком торчал старый каменный обломок. В пустыне такие места выдают себя: песок там ложится чуть иначе, и звук шагов другой.
Я дождался.
След под песком развернулся и пошёл на меня, ускоряясь. Он собирался выскочить снизу.
Я чуть присел, как перед прыжком, и в момент, когда песок «вспух» — ударил вниз, в точку появления, всем весом тела, вкладывая плечи, спину, ноги.
Клинок вошёл между сегментами почти по рукоять.
Червь вылетел из песка, уже подбитый, и рухнул на бок. Он пытался свернуться, но движение стало рваным. Я не стал любоваться.
Сменил клинок — этот уже «устал», лезвие пошло мелкими зазубринами от панциря. Вытащил второй, более толстый, больше похожий на тесак.
Подошёл ближе и начал работать методично: стык — стык — основание головы — снова стык. Не красиво. Но эффективно.
Червь дёргался, пытался зацепиться, один раз даже почти достал меня крючьями, но доспех подстраховал, а я удержал ритм.
Через минуту его движения стали редкими. Потом — единичными. Потом он просто лежал, тяжело подрагивая, как огромная рыба на берегу.
Я выдохнул и отступил на два шага.
— Всё? — спросил я, хотя прекрасно знал ответ.
Песок под ногами дрогнул снова.
Не один. Два.
Я даже не удивился. В этой пустыне всё делается просто: если где-то можно пожрать — туда приползут ещё.
Первый новый след появился справа. Второй — слева, чуть дальше. Они не выскакивали одновременно. Они учились. Ждали момент.
— Молодцы, — пробормотал я. — Согласованность — это редкость.
Я не стал стоять между ними, как дурак. Рванул к мёртвому червю, использовал его тушу как барьер. Панцирь — отличный щит, если правильно поставить.
Правый выскочил первым. Голова ударила в тушу, пытаясь протолкнуть её и достать меня. Я ударил по стыку у основания головы — раз, два, три. Он дернулся, но не остановился.
Левый выжидал. Он не пытался атаковать «в лоб». Он шёл глубже под песком, пытаясь выйти сзади.
Я услышал это по дрожи. Тонкая вибрация, другой рисунок. Он шёл в обход.
— Ага, — сказал я. — Вот это уже интереснее.