— Камикадзе, — сказал Георгий, когда осматривал эскадру, он вместе с Николаем прибыл сюда сразу же после боя в Чемульпо, Михаил же прочно обосновался в госпитале на ближайший месяц.

— Как-как? — переспросил Николай.

— По-японски это значит божественный ветер, — пояснил император, — а по-русски значит самоубийца или смертник… еще, как я слышал, они пулеметчиков приковывают к пулеметам, чтобы они, значит, не убежали, а приняли мученическую смерть вместе со своим оружием.

— У арабов еще такие люди есть, — встроился в беседу адмирал Макаров, — взрывают себя вместе с тем объектом, куда их послали на задание.

— Страшные люди, — вздохнул Георгий, — но, однако, нам надо строить противовоздушную оборону, как я посмотрю.

— А это как? — переспросил тот же Макаров.

— Те же пулеметы и пушки, — терпеливо пояснил Георгий, — но обращенные в небо… у наших пушек угол возвышения недостаточен, чтобы поражать воздушные цели, вот и надо доработать матчасть.

— Эскадра Того совсем неподалеку, — напомнил Николай, — может быть повторим торпедную атаку еще раз?

— Торпеды закончились, брат, — сокрушенно покачал головой Георгий, — вот подвезут по Транссибу, тогда и повторим…

— А что у нас с выходом из бухты? — обратился он к адмиралу, — японцы его еще не перекрыли?

— Мы выставили на входе в бухту усиленные дозоры с артиллерией, — отвечал Макаров, — пока никаких телодвижений в эту сторону от японцев не наблюдалось.

— Значит, корабли могут выйти в море… — констатировал факт Георгий, — ну что же, думаю, пора нам проверить на практике боеспособность Первой Тихоокеанской эскадры… порох, кстати, в артиллерийских снарядах заменили?

— Так точно, ваше величество, — вытянулся в струнку адмирал, — заменили на всех броненосцах и практически на всех крейсерах.

— Я что-то пропустил? — осведомился Николай, — зачем менять порох в снарядах?

— Все очень просто, брат, — вздохнул Георгий, — у японцев основное взрывчатое вещество это мелинит, он же шимоза, производное пикриновой кислоты, а у нас до этого времени применялся пироксилин.

— И в чем разница? — продолжил интересоваться Николай.

— Разница существенная — у шимозы выше бризантная сила минимум вдвое, и потом она при взрыве дает жидкий огонь и выделяет удушливые газы, а наш пироксилин этого не может.

— Жидкий огонь… — задумался Николай, — это типа греческого огня, который византийцы использовали?

— Да, похоже на то, — кивнул Георгий, возвращаясь к начатой теме, — так вот — все корабли выводить на открытую воду незачем, возьмите три броненосца, в том числе Цесаревич с Ретвизаном, ну и десяток крейсеров — надо показать Того, кто в Желтом море хозяин… я пойду вместе с вами, а ты, — обернулся он к брату, — остаешься в штабе эскадры координировать наши силы. Добрыни перед началом боя немного побомбят японцев, в отличие от торпед, бомбы у нас в наличии есть.