Но тут прибежал вестовой из штаба с длинной телеграфной лентой в руках.

— Депеша из Женевы, государь, — козырнул он.

Георгий взял телеграмму и начал ее читать, передавая прочитанные куски Николаю и адмиралу. Когда чтение закончилось, он огласил свой вердикт по этому вопросу.

— Англичане опять воду мутят, — заметил он первым делом, — с переговорами мы как-нибудь и без них разберемся. А если в целом, то эта возня в Лиге наций нам малоинтересна — пусть поговорят, все равно ничего серьезного они там не сделают, все решится на полях сражений. Итак, адмирал, готовьте эскадру к бою, выход в море назначаю… — он посмотрел на часы, — на четырнадцать-ноль-ноль по местному времени.

Вестовой из штаба прибежал второй раз с уже совсем короткой телеграммой. Георгий тут же прочитал ее и передал собеседникам.

— Диспозиция немного меняется, господа — эскадра все равно выходит из горла бухты, но в бой не ввязывается, пока не увидит результатов рейда наших подводных лодок…

— А что за лодки, государь? — справился Макаров.

— Новейшее русское оружие, — коротко бросил Георгий, — разрабатывалось в строжайшей тайне на владивостокской верфи Изумруд, поэтому даже вы о нем не знаете… те же торпеды, но только запущенные из подводного положения… посмотрим, что из этого получится.

Эскадра адмирала Того включала в себя четыре эскадренных броненосца, самыми сильными из которых был флагман Микаса, а также Асахи и Фудзи. Кроме того в наличии у японцев имелись двенадцать броненосных и бронепалубных крейсера, а также около пятидесяти канонерских лодок и миноносцев. Также сила очень немаленькая, вполне себе сравнимая с Первой Тихоокеанской эскадрой. В настоящее время примерно половина японских судов отсутствовала — они ушли к берегам Южной Кореи, но все броненосцы в наличии имелись. Располагались они полукругом примерно в трех-четырех морских милях от выхода из бухты Порт-Михаила.

Адмирал Того с самого утра пребывал в исключительно дурном настроении в связи со сведениями из своей семьи — умер его отец, к которому он был очень привязан. Кроме того, продолжительное нахождение в море без каких-либо боевых столкновений производило на адмирала и на всю его команду расхолаживающее действие. Поэтому по его личному приказу команды всех кораблей с самого утра занимались профилактикой вооружения, а также чисткой и уборкой помещений. А адмирал сидел в своей каюте и выцеживал уже вторую бутылку саке.

— Того-сама, — склонился в ритуальном поклоне старший помощник Миядзаки, максимально осторожно вошедший в каюту, — русские корабли выходят с рейда.