Женщина усмехнулась.

Как она это сделала?

Не могу подобрать описания, если честно.

Я бы сказала, что скромно. Потупив глаза. Голос испанки пугал. Можно было подумать, что это она не в себе. Побледнев, она вдруг стала выглядеть необычайно молодо и в то же время жутко. И Кьяра, осознав это, отшатнулась от той, которая уже не сидела в кресле.

Стояла совсем непродолжительное время, всё так же потупив глаза. Будто принимала решение, шевелила губами.

Как же быстро и бесшумно она проделала путь и оказалась вдруг за спиной. Кьяра ощутила её дыхание – смутное, обманчивое, похожее на шёпот в долгой ночи давно забытых страхов — призраков. Они будто поменялись местами. Зло вдруг стало жертвой ожидающей свою погибель.

«Разве смерть может дышать?» – мелькнула мысль. Но это был вопрос, которому не находилось ответа, о котором не хотелось думать, примерив роль послушницы в монастыре для себя. Зная, что вывернется, сбежит и, найдя свой схрон в саду этого имения, попытается скрыться в другой стране.

Связанные руки за спиной, мешали ей двигаться.

Её схватили резко за копну волос, загнули шею, молниеносный прокол кожи. Шея занемела. Казалось, игла вошла и тут же покинула её плоть.

И в этот миг, хотя нет. Чуть позже…

Непонятно, сколько времени прошло!

Здравый смысл слился с безумием, и сердце забилось в унисон с ярким всплеском эмоций. Ей захотелось рассказать всё! Смеяться и бежать! Бежать на побережье и ещё дальше!

Бежать!

Бежать!

Дышать полной грудью.

Но связанная и запертая в этой комнате, в теле, она не могла этого позволить себе, и потому вся нерастраченная энергия, она вдруг рванула в голову, желая словами облегчить своё невыносимое, запертое в этом теле состояние.

- Кому вы обещали моего внука? Кто заказчик?

- Он передавал мне письма для глупой синьорины Орланди год назад. Говорил, что поделится той суммой, что обещали за наследницу огромного состояния.

- Поделился?

- О да… Нас свёл синьор Мартинелли… Держать в руках целое состояние из золотых монет, это ли не истинное наслаждение? Брак Орланди со стариком! Она заслужила это! Глупая, глупая!

Девушка ерзала на стуле, сжимая ноги, испытывая невыносимое плотское желание. Этими движениями она старалась сокровенному месту принести облегчение, воистину испытывая неимоверные муки.

- Кто платил вам?

- Элуа де Сент- Арно.

- Француз?!

Глупо улыбалась, продолжала извиваться.

- С ним я танцевала на балу в ратуше, говоря, что совсем не бесприданница. Мы стали любовниками позже… О-о-о, Мадонна, помоги мне!

Свесила голову подвывая.

- Кто платил?

- Джордано Мартинелли, он хотел забрать малыша Луи и продать...