— Письмо пришло сегодня утром, — произношу не оборачиваясь. — Императрица вызывает. Срочно. Я только дождусь дядьку с Вальдемаром и сразу поеду в столицу. Они должны вернуться завтра к полудню.

— Я знаю, — тихо ответила Анна. — Антип сразу сказал.

Она на седьмом месяце, округлившийся живот заметно стесняет движения. Но Анна не позволяет себе жалоб и даже грустных вздохов.

— Мы хотели встретить Рождество вместе. Я обещал.

— Обещания дают не только для того, чтобы их исполнять, — она поднялась из кресла, встала рядом и положила руку мне на плечо. — Иногда — чтобы знать, к чему стремиться.

Я накрыл её ладонь своей:

— Я не хочу уезжать. Не сейчас. Не когда ты…

Анна не дала договорить, мягко развернула меня к себе и заглянула в глаза:

— Со мной всё будет хорошо. Рядом доктор, Фёкла с Аксиньей и целый взвод слуг. Я не одна.

— Дмитрий Вишневский — не ван дер Хек.

Фламандец оставил на всякий случай толкового акушера. Ян собирался успеть вернуться, да и беременность проходила на удивление спокойно. Однако я нервничаю. Очень.

— Он тоже умеет принимать роды, — Анна улыбнулась. — Аксинья мне все уши прожужжала об этом докторе. Дмитрия знают в высшем свете — и только с хорошей стороны.

Я разглядываю её лицо — родное, любимое, с чуть заметными тенями усталости под глазами. Хотелось отменить поездку, наплевав на вызов. Но нельзя.

— Я ненадолго, — прижимаю Анну к себе. — Пара недель. К Рождеству не успею, но Новый год встретим вместе. Закатим настоящий праздник с ёлкой, постановками и салютом. Жахнем так, что в Москве услышат!

— Конечно, — она уткнулась носом мне в грудь, пряча глаза. — Я буду ждать.

Целую её в макушку, потом в лоб, потом долго и нежно — в губы. Анна ответила, но быстро отстранилась:

— Тебе пора ужинать, а потом ложиться, — сказала девушка, сделав серьёзное, но оттого ещё более милое лицо. — Дорога долгая и выматывающая, а ты снова работаешь до ночи.

Утром мы попрощались немного скомкано. Всё было сказано накануне. Ермолай с фон Шиком вернулись ночью, поэтому мы решили не откладывать выезд. Соглядатаи Шешковского не дремлют, незачем их лишний раз провоцировать.

* * *

Обратная дорога в Фонтанный дом прошла незаметно. Я погрузился в размышления, просчитывая, какие деловые встречи получится провести до Рождества. У вельмож свой график, и даже наиболее адекватные предпочитают жить в удобном, а не выгодном ритме. Дела всегда подождут, а приёмы с прочими маскарадами — нет. Особенно если мероприятие посетит императрица.

Вспомнив противную немку, я скривился. Наверняка она думает об удачно проведённой интриге. Какой успех! Высший пилотаж! Ведь удалось поссорить Волконского и Шереметева. Только для компаний наш гипотетический конфликт не несёт никакой угрозы. Даже генерал-губернатор поостережётся воевать со столь мощным альянсом. А вот многие проекты в Москве могут пострадать. Вернее, теперь у МОП не будет зелёного света. Кое-какие нововведения князь уже принял на вооружение. Например, за развитие коммунальной службы его даже наградили. Или начавшаяся продажа угля стала обогащать губернского начальника. Только на школы и приюты ему плевать. Он не чудовище, а просто продукт своего времени. Ну и сам факт ссоры в устоявшемся коллективе ни к чему хорошему не приведёт. Это ещё хорошо, что Волконский не стал акционером наших бизнес-проектов.