Голицын снова преобразился, включив режим этакого добродушного толстяка. Князь зычным голосом окрикнул своего адъютанта — молодого и на удивление застенчивого человека. Далее началось настоящее представление. Генерал заставил подчинённого выпить за моё здоровье, потом за своё, затем стременную, после чего подпоручик взял и убежал. Я такого поворота не ожидал, в отличие от Петра Михайловича, хохотавшего как сумасшедший. Развлекается человек. Скучно ему.

Когда командующий в сопровождении небольшого отряда покинул лагерь, я откровенно загрузился. Как понимать произошедшее? Ясно, что Потёмкин отправил в Оренбург своего человека, дабы организовать мне достойную встречу. Думаю, неудачное покушение разозлило и напугало фаворита. В его трусости я нисколько не сомневаюсь. И такие подлые люди вдвойне опасны. Плохо, что нельзя послать к Гришке убийцу. Шлёпнуть этого ворюгу несложно. Трудно — вернее, невозможно — будет оправдаться. Я первый, кого станут подозревать. Значит, остаётся сидеть в обороне. А это самый плохой из существующих вариантов.

Однако глупо бояться и тем более отчаиваться. У меня мощный отряд, в крепости уже работает засланный заранее человечек. Не один Потёмкин такой умный. А если его люди договорились о набеге, то так даже лучше. Всё равно надо чистить окрестности, и есть время на подготовку. Сейчас разъезды казаков, лояльных башкир и улан патрулируют на сто пятьдесят вёрст вглубь степи. Плюс работает разведка, а сами кочевники скоро начнут отгонять скот на зимние пастбища. Им пока не до набегов. Будут ждать, когда бдительность разъездов ослабнет. Мы же будем готовиться.

* * *

— Achtung! Feuer! — заорал довольный принц.

— Бах! — рявкнули единороги, окутавшись плотными клубами дыма.

Немец, стоявший на большом пригорке, тут же вскинул подзорную трубу, начав изучать большие щиты, врытые в землю и изображающие мишени.

— Überraschend! Blyat! — заорал он в своей манере, выражая крайнюю степень восторга.

Командиром Рязанского пехотного полка оказался принц Мориц Изенбургский из Кобленца, где его семья управляет собственным графством. Так как земли в Германии мало, а семьи многочисленные, то младшие сыновья часто делают карьеру за рубежом, отдав свою шпагу какому-нибудь правителю. Вот и Мориц поступил на русскую службу, где достиг немалых успехов. Семилетнюю войну он закончил капитаном, проявив себя при Кунерсдорфе, где получил ранение. Затем была обычная служба, в заговоры и интриги немец не лез. Кстати, его правильнее называть князем, но в России почему-то прилип титул принца. Звёздным часом Изенбурга стала русско-турецкая война. После трёх лет непрекращающихся боёв наш герой получил в командование рязанцев и звание полковника. А затем был направлен помогать давить восстание Пугачёва. Здесь немец тоже проявил себя, но с адекватной стороны. Людей налево и направо не казнил, личный состав берёг, при этом выполняя поставленные задачи. Просто идеальный командир. За что Мориц любим собственными солдатами и офицерами, прощавшими полковнику некоторые слабости.