— Штрих, а мне с рубера ничего не полагается?
Он поднял голову так, будто я предложил ему отдать любимую винтовку в детский сад.
— В смысле?
— Ну… это же я его убил. Вернее, добил. И кусача второго тоже я. По идее мне же что-то за это положено?
Штрих нахмурился и полез в пакеты с кусачей. На этот раз высыпать ничего не стал, только перебирал пальцами.
— А где хабар с мелочи? — вдруг спросил он.
— Так это моя доля. Мы же так договаривались. Мелочь — мне.
Он недовольно поджал губы.
— Там ведь прилично должно было быть…
Я пожал плечами.
— С тем, что я принес, даже близко не сравнить.
Штрих опять зарылся в пакеты.
— А что с патронами?
— Потратил я патроны.
— Понятно… — протянул он каким-то странным голосом.
Потом поднял глаза.
— Слушай, Орёл, ты же понимаешь, что фактически этих тварей убила моя команда. Ты их только добил.
— Понимаю, — кивнул я. — Но, если бы не я, всё это осталось бы там.
Я кивнул на стол. Штрих хмыкнул — не то соглашаясь, не то наоборот.
— Давай так, братуха. Ты нам за патроны должен был. Считаем, что не должен. А мы тебе ничего не должны с рубера и кусача. Каждый при своём. Устраивает?
Честно говоря, я рассчитывал на большее. Но всплыли слова Тихого. Я через силу улыбнулся.
— Хорошо. Согласен.
— Ну вот и славненько, — сразу оживился Штрих. — Ты нас пойми, у нас потери, Иней вообще улетел в другой регион, группу заново собирать, расходы…
Я покивал с максимально сочувственным лицом. Хотя внутри только хмыкнул: ага, расходы у него. Прям слезы наворачиваются.
— Ладно, Штрих, пойду я. Мне завтра с караваном.
— С караваном? — он вскинулся. — Уже договорился?
— Не я. Мужик один со мной едет, обещал всё решить.
— Да фигня это, — отмахнулся он. — Никто пока не смог договориться. А тут какой-то мужик…
— Ну а вдруг.
Я сказал это лишь бы закончить разговор. Внутри уже чесалось уйти — слишком приторно всё выходило.
И вот тут что-то в Штрихе щёлкнуло.
Он посмотрел на меня не как на спасителя его винтовки, а как на человека, который только что слишком легко отдал деньги.
— Слушай, Орёл… — протянул он. — А ты что-то больно спокойно согласился.
— В смысле?
— В прямом. Любой нормальный рейдер за рубера глотку бы перегрыз. Торговался бы до хрипоты. А ты — раз, и «согласен». Даже не моргнул.
Я пожал плечами.
— Мне проблем не надо.
— Вот именно, — кивнул он, но взгляд стал холоднее. — Слишком тебе проблем не надо.
Повисла пауза. Штрих перебирал на столе спораны, будто считал их заново, и с каждой секундой лицо его становилось всё мрачнее.
— А это точно всё, что было в рубере и кусачах?
— Конечно всё, — я уставился на него. — С чего бы мне что-то прятать?