А он знал? Он всё это время помнил?
Северное королевство Валдорес славилось тремя вещами: вечными сумерками, медварением, от которого теплело даже в самые лютые морозы, и полным отсутствием жалости к тем, кто садится в седло неправильно.
Я познала все три на собственном опыте.
— Держи спину ровно! — кричала Вивьен, чье лицо за пять минут приобрело оттенок спелой брусники.
Я отчаянно пыталась не съехать по шее лошади вперед. Лошадь, которую звали Гром, явно считала такое обращение оскорбительным и на каждом шагу выражала недовольство тем, что на ней сидит существо с нарушенным чувством равновесия.
— Держу! — пискнула я, вцепившись в поводья так, словно от них зависела моя жизнь. Что, в общем-то, было правдой.
Вивьен ехала рядом с видом человека, которому лошадь досталась еще с пеленок, и с этих времен она и была в седле. Рыжая кобыла Вивьен — Ветра — послушно шла ровным шагом, изредка косилась на Грома с выражением легкого сочувствия.
— Вы порядке? — спросила Вивьен, наклонившись чуть вбок, словно проверяла, не придется ли её, через пять минут откапывать меня из-под копыт.
— Я в восторге, — прохрипела я. — Это самое… захватывающее унижение в моей жизни.
Гром решил, что разговор — отличный повод остановиться и начать жевать какую-то особенно интересную травинку. Я же мотнулась вперед, уткнулась носом в гриву, и моя шляпка, которую мне так старательно завязывала лентами, Мира съехала набок.
Вивьен прикрыла рот рукой, но смешок все равно вырвался.
— Простите, — замахала она свободной рукой. — Вы просто выглядишь как воробей, которого посадили на слона.
Она смотрела на меня глазами бусинками, её золотые волосы цвета песка, были завязаны в тугой хвост, но ветер все же выбил несколько прядей.
Она была невероятно прелестна и мила, но и так же прямолинейна. И судя уже по двум таким откровенным девушкам в королевстве, я думала, о том, что это возможно часть их менталитета. В этом королевстве. Так отличались нравы от моего прошлого, тут не было снобизма, но и воспитание, вероятно тоже хромало. Хотя, мне это нравилось. Мне этого искренне не хватало.
— Спасибо за лестное сравнение, — буркнула я, выпрямляясь и поправляя шляпку.
Вивьен ойкнула, прикрыла рот рукой и покраснела. А я улыбнулась.
Мы двинулись дальше по вересковой пустоши. Северный ветер трепал гривы, нес с собой запах мха и дальней воды, а низкое солнце — какое тут вообще было солнце, скорее, бледный шар — подсвечивало багряные верхушки сосен. Мы поднялись в гору…
— Ладно, — сказала Вивьен, чтобы отвлечь меня от агонии в седле. — Чтобы вы не думали, что страдания напрасны…