— Да.

Михаил кивнул, махнул своим. Семеро бесшумно влились в строй, занимая позиции рядом с нашими Сердцами. Никто не возражал — наоборот, народ заулыбался, увидев подкрепление, хотя и немного скованно.

И наконец мы двинулись.

Не торопились, максимально экономя силы. Так что поле открылось через минут сорок пять. Ровное, поросшее жесткой травой, с редкими кустами по краям.

Червин подал знак, и наши начали выстраиваться. Я встал в центре, рядом с ним, Вирр прижался к ноге. Слева от меня — Роза и Олег, справа от Червина — Михаил с двумя своими поздними. Остальные заняли позиции: Сердца впереди, Вены сзади, фланги прикрыты Марком и Климом.

Ветер шевелил траву, доносил запах леса и сырой земли. Кто-то сзади перешептывался, но быстро замолкал под взглядами старших. Я слышал, как бьются сердца — часто, неровно, в ожидании.

Минут через двадцать на противоположном краю поля показались они.

Роканиксы. Шестьдесят с небольшим человек. Шли плотной группой, без строя, но уверенно, будто на прогулку вышли. Я включил духовное зрение, вглядываясь.

Ни одного на поздних Венах. Вообще. Только пиковые и Сердца. Двадцать человек на Сердце. Четверо на позднем, шестеро на среднем, семеро на раннем. И трое на пиковом. В целом, мы выигрывали, если просто сравнивать численность и среднюю силу.

Но проблема была в пиковых Сердцах — сильнейших боевых единицах на поле. У них было трое, а у нас — только Червин и Михаил. А значит, кому-то — и этим «кем-то», очевидно, был я — придется столкнуться с третьим пиковым Сердцем.

Я скользнул взглядом по фигурам пиковых, выбирая. Тот, что шел правее, — крупный, с тяжелой секирой, похожей на мою старую. Грубый, мощный, явно привыкший к силовым столкновениям. Подходящий противник.

Я тронул Червина за локоть, кивнул в сторону этого.

— Мой.

Червин глянул, оценил, кивнул.

— Хорошо. Михаил, берешь того, что в центре. Левый — мой.

— Договорились, — отозвался Михаил.

Банды остановились друг напротив друга. Метров пятьдесят разделяло нас. Тишина повисла над полем — только ветер шелестел травой да где-то в лесу крикнула птица.

Никто не вышел для переговоров. Никто не крикнул ультиматум. Мы все знали, зачем здесь. Слова закончились, еще когда их посланник ушел ни с чем.

Краем глаза я увидел, как Червин перехватил палаш поудобнее. Как Марк сжал рукоять дубины, поигрывая плечами. Как Михаил положил руку на меч, чуть выдвигая его из ножен. Роза присела в легкую стойку.

Вирр зарычал — глухо, с вибрацией в груди. Шерсть на загривке встала дыбом.

И одновременно, без команды, без сигнала, оба войска рванули друг на друга.