— Жив⁈ — выдохнул тот, что с мечом. Его глаза расширились от неверия, рот приоткрылся. — Твою мать…
Глава 18
Он не успел договорить.
Я не дал ему опомниться, не дал перестроиться. Топор описал дугу, и я вложил в удар всю злость, всю боль, весь страх за Вирра. Лезвие вошло в шею чуть ниже уха мягко, почти без сопротивления — только хруст позвонков и теплый фонтан крови. Вышло уже в районе талии, рассекая человека на две половинки.
Маг дернулся, выронил меч, повалился набок, заливая землю темной кровью. Ноги его еще несколько секунд дергались в агонии.
Второй развернулся ко мне, вскинул руки. Ладони уже светились, энергия копилась, формируясь в технику. Из них ударил огонь. Прямая, плотная струя, как копье, ударила мне в грудь.
Я не стал уклоняться. Не стал отступать. Просто бросился вперед, прямо в пламя.
Оно впилось в кожу, в мышцы, вздувая новые волдыри поверх старых ожогов. Запах паленого мяса снова ударил в нос. Белое пламя внутри взбесилось, вцепилось в чужой Дух.
Я чувствовал, как энергия Мага втекает в меня, как искра жадно хватает ее, но боль была адской. Каждый нерв кричал, каждая клетка горела. Но я продолжал двигаться вперед на полной скорости.
Маг попятился, но было поздно. Я вынырнул из огненной струи вплотную к нему, занося топор для удара. Лицо мага исказил ужас — чистое, животное выражение человека, который понял, что проиграл.
Лезвие опустилось на плечо и вошло в плоть. Хрустнули кости — лопатка, ключица, — брызнула кровь. Рука мага отделилась от тела, упала в траву, пальцы еще несколько раз сжались в судороге, хватая воздух.
Маг зашелся в крике, зажимая культю уцелевшей рукой. Кровь хлестала между пальцев, заливала грудь, траву под ним. Он дергался, пытался встать, но ноги не слушались — шок, боль. Лицо его стало серым, глаза закатывались, но он находил силы орать — высоко, пронзительно, на одной ноте.
Я шагнул к нему, схватил за грудки, рванул вверх и с силой прижал спиной к ближайшему дереву. Голова мотнулась, затылок глухо стукнул о кору.
Крик на миг оборвался, сменившись сдавленным хрипом. Он заморгал, пытаясь сфокусировать взгляд. Впрочем, после того как я сам вцепился в кровавый срез и хорошенько сжал пальцы, он снова завизжал свиньей.
— Тихо, — сказал я.
В моем голосе было достаточно злобы, чтобы мужчина замолчал и уставился на меня осоловелыми от боли глазами.
Я свистнул — коротко, резко. Вирр подскочил мгновенно, хотя ему было больно — бок почернел и кровоточил. Встал рядом, скаля окровавленную пасть прямо в лицо Магу, и низко, с вибрацией в груди зарычал.