— Как и для всех мужчин. Их удел — доблесть и слава, а наш — смирение и покорность.

— Я думала, он не такой.

Лисимаха кивнула:

— Да… Я тоже думала, что он не такой. Но все же слава и почести важны для него. Когда я говорила с ним, мне показалось, что поддержка Афин ему нужна не для пустой славы и самолюбования. Он несет людям что-то важное, как Прометей…

Пандора впилась глазами в Лисимаху:

— Он приходил к тебе?

— И ко мне тоже… — жрица сделала паузу, словно подыскивая слова. — Именно поэтому я здесь.

Пандора вцепилась в ладонь Лисимахи.

— Что? Что он сказал?

Лисимаха медлила с ответом. Наконец она ответила:

— Мы долго говорили с ним. Он признал, что не в силах повлиять на твоего дядю. По крайней мере, сейчас.

Пандора зажмурилась и затаила дыхание.

— Но в город приехал ваш друг из Македонии — Теодор. Ты помнишь его?

— Конечно!

— Алексиус просил передать тебе, что он договорился с Теодором. Если ты хочешь, они постараются сегодня ночью выкрасть тебя…

Пандора вскочила:

— Если хочу?.. Если хочу?! — ее губы исказила болезненная усмешка. — Неужели он сомневается? Конечно, я хочу! Хочу!!! Больше всего на свете! Это наш единственный шанс!

Лисимаха устало улыбнулась:

— Но Алексиус не сможет поехать туда вместе с тобой.

Пандора замерла и переменилась в лице:

— Как?! Почему? Ведь он уже понял, что ничего не изменить! Что бороться бесполезно! Разве он не хочет быть со мной?!

— Он сказал, что мечтает быть с тобой. Но долг держит его здесь.

— Долг?! Всемогущие боги! Какой у него может быть долг?!

— Этого он не сказал…

— Но… ведь если я убегу, а он останется здесь… на него падет подозрение! Все догадаются, что он к этому причастен! Его же могут осудить! И он не получит ничего, о чем так мечтал: ни гражданство, ни уважение…

— Скорее всего, так и будет, — кивнула Лисимаха.

— Но тогда зачем? Для чего?

— Я тоже задала ему этот вопрос, но он сказал, что должен хотя бы попытаться, иначе все потеряет смысл… Не знаю, что он имел в виду. Может быть, ты знаешь?

Пандора лишь растерянно пожала плечами. Она пыталась собраться с мыслями, но голова была тяжелой и пустой. Если она убежит и оставит Алексиуса в Афинах, то, получается, сама предаст его? Или это не предательство?

Лисимаха внимательно следила за Пандорой.

— Но есть и другой вариант… — протянула жрица с сомнением.

— Какой?

— Клянусь Афиной, я сама не очень поняла. Но Алексиус сказал, что у него есть план, который может сработать. Может… Но бегство гораздо надежнее.

— План? Всемогущие боги! Я думала, он все уже перепробовал!

— Мне кажется, он сам еще не до конца знает, что делать. Но, что бы он ни придумал, придется ждать дня свадьбы. Если его идея не сработает, то ты станешь женой Анита.