— Готовьте сигнальные костры! Срочно! — закричал Леша срывающимся от волнения голосом и торопливо полез вниз.
Глава 19
1
День грандиозной битвы и великой победы подходил к концу. Поле за городской стеной было усеяно телами павших воинов. И только чудо, а точнее запоздалый подход беотийской конницы, спасло пелопоннескую армию от полного разгрома. К счастью, афинская кавалерия, вовремя получившая предупреждение, успела перестроиться и отбить атаку. Но за это время спартанцы, составляющие ядро пелопоннеской армии, сумели добраться до укрепленного лагеря и организовать оборону. Укрепленный земляным валом лагерь сходу взять не удалось, и измотанные боем афинские войска собрали с поля битвы раненых, поставили трофей и вернулись за городские стены.
Однако царящее в городе воодушевление было смешано с печалью и болью. Эта победа далась нелегко. Более девятисот воинов отдали жизни ради нее. А число раненых давно перевалило за три тысячи. Но потери пелопоннесцев были несоизмеримо больше. Отряды метеков и рабов, посланные собрать брошенное на поле брани оружие, насчитали более четырех тысяч павших врагов. Еще несколько сот тяжелораненых пелопоннесцев, которые не сумели добраться до своего лагеря, были взяты в плен. Сейчас они, окровавленные и обессиленные, лежали в тени городской стены, дожидаясь, когда у афинских лекарей появится возможность заняться их ранами. Но дожить до этого момента шансы были далеко не у каждого.
Сегодня мало кто заботился о приличиях. Женщины: матери, жены и сестры — бродили среди погибших и раненых, отыскивая родных. Отовсюду доносились крики, стоны и плач.
С утра Пандора не присела ни на мгновение. Стиснув зубы и стараясь не глядеть по сторонам, она следовала за своим бывшим наставником, знаменитым лекарем Хризамисом. Тот часто говорил, что на войне лекарь не должен смотреть на род или заслуги раненого. Нужно помогать тем, кого можно спасти, начиная с самых тяжелораненых. Но все же врагам стоило помогать в последнюю очередь…
Бросив короткий взгляд на окровавленные ладони, прижатые к распоротому животу одного из воинов, Хризамис коротко мотнул головой и отвернулся, направляясь к следующему раненому. Это означало, что воина уже не спасти. Пандора перехватила умоляющий взгляд умирающего.
— Пить… — прохрипел он чуть слышно. — Ради богов… Дайте воды!
Хризамис обернулся и отрицательно мотнул головой:
— Не давать!
Пандора коснулась руки лекаря.
— Может, дать ему маковой настойки? — ее голос дрогнул.
— Нет.
— Хотя бы глоток…
— Я сказал: нет!
У следующего солдата на ноге зияла страшная рана. Копье прошило голень насквозь, вырвав кусок мяса. Из раны торчала сломанная кость. Нога под коленом была туго перетянута широким кожаным ремнем. Пандора почувствовала подступающую к горлу тошноту, но не отвела взгляд.