— Ты самая смелая и лучшая девушка на свете, — шептал он, жмурясь от бессильного отчаяния.
Но казалось, Пандора не слышит его. Она будто разговаривала сама с собой.
— Если бы ты принудил меня, я бы тебя убила… А потом убила бы себя… Но я хочу, чтобы ты жил… Обещай мне, что будешь жить…
Леша хотелось кричать от страха и боли.
— Я бы хотела, чтобы у нас был мальчик… И у него были такие-же голубые глаза, как у тебя… Я бы любила его так же сильно, как тебя… Прости, что не успела родить тебе сына…
Временами Пандора впадала в оцепенение и замирала. Тогда Алексей испуганно склонялся к ней, вслушиваясь в еле заметное дыхание.
Хризамис несколько раз заглядывал к ним и осматривал Пандору, становясь все мрачнее и мрачнее. Он пытался поить ее куриным бульоном и ивовым отваром. Но после каждого глотка ее выворачивало, и все выпитое извергалось вместе с желчью.
Боль и бессилие настолько захватили Лешу, что у него не осталось сил думать и шевелиться. Он неотрывно смотрел на Пандору, пытаясь запечатлеть в памяти каждый изгиб ее тонких губ и ее угасающий взгляд.
Тени становились все длиннее, карабкаясь по стенам, и вскоре комната погрузилась во мрак. Появилась служанка и зажгла маленькую лампаду. Опять пришел Хризамис. Уставший и измотанный, он еле держался на ногах. Он снова осмотрел девушку и тяжело вздохнул.
— Всем нам нужно отдохнуть… — сказал он наконец. — Тебе тоже. Завтра утром соберется городской совет. Многие хотят услышать тебя. Подумай о том, что делать дальше… Боги вершат человеческие судьбы. Умей с честью принимать выпавший жребий…
Алексей очередной раз прислушался к дыханию Пандоры. Оно было тяжелым и прерывистым. Но, похоже, она наконец уснула. Леша встал, онемевшие ноги взорвались сотнями булавочных уколов. Хризамис прав. Нужно идти. Идти вперед. Что бы ни случилось. Цель, стоящая перед ним, превыше любых жертв, и к ней нужно идти, невзирая ни на какую боль. Он стиснул зубы и, стараясь не шуметь, вышел из комнаты. Кругом была безнадежная, всепоглощающая темнота.
Глава 28
1
До боли стиснув зубы, Алексей стоял в тихом дворе асклепиона и глядел в ночное небо, усыпанное холодными мерцающими звездами. О, всемогущий Зевс! Насколько было бы проще, если б он верил в богов… Хотя… Если боги действительно существуют и допустили подобное, поклоняться им — чудовищная подлость. Нет… Нельзя надеяться на чудо. Творить чудеса в этом мире — долг человека, а не бога.
Нужно прийти в себя. Вид умирающей Пандоры раздавил его, отнял силы и волю, Леша держался из последних сил. Отец и дядя Леня знали, что гибель неизбежна, но боролись до конца. И он тоже не должен сдаваться. Если есть хоть минимальный шанс спасти ее — его нельзя упускать.