— Великий Гермес! Но ведь все это убьет торговлю? Сотни купцов, лавочников, держателей харчевен разорятся! — возмутился Мелисандр.
— Да… Это возможно. Поэтому город должен поддержать их…
— Как?
— Способов много: заем, безвозмездная выплата, покупка на будущее…
— Покупка на будущее? — переспросил Гесидор. — Это каким образом?
— Ну, государство может дать денег торговцу при условии, что он возьмет на себя обязательство поставить товар после, например, зимой или следующим летом…
— Следующим летом!? — хором воскликнули стратеги. — Сколько же это продлится?
— Я не знаю… — Алексиус развел руками. — Когда-то и в моей стране случилось что-то подобное. Но я был еще ребенком. Помню лишь, что длилась эта напасть почти два года…
— Два года! — ошеломленно повторил Формион.
Алексиус тяжело вздохнул:
— Да… Но… многие тогда поначалу не отнеслись к эпидемии серьезно, поэтому мы не сумели остановить болезнь в самом начале… Сейчас у нас есть шанс…
— Да уж… Шанс пустить по миру всех уважаемых жителей Афин! Неужели вы не понимаете, к чему мы придем, если последуем этим «советам»! — возмущенно крикнул Гесидор. — Не буду я слушать эти выдумки! — он вскочил и стремительно вышел из стратегиона, толкнув плечом Алексиуса, стоящего у него на пути.
Тот лишь проводил его взглядом и повернулся к остальным:
— Это еще не все. Я лишь начал озвучивать свои предложения. Нужно сделать еще очень много…
Перикл нахмурился и переглянулся с Формионом. Тот тяжело вздохнул:
— Рассказывай дальше. Мы слушаем тебя…
Глава 24
1
Народное собрание, воодушевленное победой, выдвинуло Лакедемону непомерные требования, и мирный договор заключить не удалось. Пелопоннессцы отступили из Аттики зализывать свои раны. Афины ощутимо опустели. Беженцы покидали город, возвращаясь на развалины своих домов. Слухи о таинственной болезни подстегнули исход.
К счастью, Пирей заблокировали сразу. Но все остальные меры, предложенные Алексеем, вызвали бурные споры. Народное собрание собиралось уже третий день подряд, и казалось, что разговорам не будет конца. А число заболевших в Пирее уже превысило две сотни человек. Впрочем, каждый день толпа на Пниксе становилось все меньше. Может, граждане устали обсуждать этот вопрос, а может, все же вняли горячим Лешиным просьбам как можно реже выходить из дома. По крайней мере, спрос на мыло значительно вырос. В мастерскую к Алексею постоянно наведывались желающие получить или даже купить этот очищающий бальзам. Но пока все просители уходили ни с чем — новую мыловарню еще не запустили на полную мощь, и все мыло отправляли в Пирей.