Гиппарета не выдержала и начала без умолку болтать обо всем подряд. Расчесывая волосы подруги тяжелым резным гребнем, она подробно пересказала все афинские сплетни за последние полгода. И Пандора была благодарна ей за это. Нырнув в нескончаемо льющийся поток слов, невеста смогла ненадолго забыться. Она словно вернулась в детство, когда вместе с Гиппаретой они ткали наряд для богини и точно так же болтали о всяких пустяках. Счастливое беззаботное детство… Это было чудесно! Пандора вдруг осознала, что Гиппарета все еще живет там: в безмятежной счастливой сказке, без горестей и бед, и невольно позавидовала подруге.
Видимо, Гиппарета тоже почувствовала что-то подобное. Она посерьезнела, наклонилась ближе к уху Пандоры и прошептала:
— …Представляешь, отец хочет выдать меня за Алкивиада! — она осеклась, вспомнив неудавшееся замужество Пандоры. — Ох! Извини…
Но Пандора лишь грустно улыбнулась:
— Жаль, что девушки не могут выбирать свою судьбу. Но я надеюсь, твой отец все же не сделает этого. Никому не пожелаю такой участи…
— А мне он нравится… — робко возразила Гиппарета. — Все же лучше Алкивиад, чем… — она снова ойкнула и покраснела.
В навалившейся тишине были слышны сердитые крики Анита, распекающего слуг.
Наконец Гиппарета нерешительно спросила:
— Скажи, а после замужества… Ты… Ну, если у тебя вдруг появится шанс встретиться с Алексиусом… Ты примешь его?
— Буду ли я верна тому, кому злая судьба вручает меня? — прямо спросила Пандора.
Гиппарета кивнула, не сводя с нее глаз.
Пандора вздохнула, но не колебалась с ответом.
— Нет, — решительно сказала она. — Я приму Алексиуса, когда бы он ни пришел ко мне…
Гиппарета охнула и прижала ладони к губам.
2
Время тянулось невыносимо медленно. Полдень давно миновал. Новые слуги бессмысленно слонялись по дому, мешая друг другу. Казалось, что все идет шиворот-навыворот. Разбитая амфора с вином, пересоленные оливки и недоваренные бобы. Пандора с плохо скрываемым презрением следила за этой бессмысленной, беспорядочной суетой. Новая ключница то и дело подбегала с ней с вопросами, но девушка лишь с нарочитым недоумением пожимала плечами.
Голодные гости нетерпеливо переглядывались, принюхиваясь к аромату пережаренной камбалы, тянущемуся с кухни. По приказу раздраженного Анита слуги вынесли лепешки с сыром и сушеные финики, чтобы гости могли перекусить.
Пандора не находила себе места. Надежду в ее душе поминутно сменяло отчаяние. Специально нанятые служанки надели на нее свадебный наряд. Пока помощницы суетились вокруг девушки, она неподвижно стояла, окаменев, словно статуя. Ее глаза были закрыты, а губы шептали молитву. Гиппарета была неподалеку, но ее быстро оттеснили.