— Обдумать… — протянул Тадзима. — Время — это роскошь, доступная лишь тем, кто уверен в своей безопасности, парень… Волк, который медлит у входа в логово, остаётся с пустым брюхом. Или сам становится шкурой на полу. — Он бросил взгляд на замершего старосту. — Однако… Совет ценит волю. Навязывать путь тому, кто может стать столпом, — глупость. Мы завершим дела здесь, проверим окрестные деревни, а затем вернемся за твоим ответом.

— Благодарю. — сказал я. Тадзима только что даровал мне передышку, и это дорогого стоило…

Масато кивнул, резко развернулся на каблуке, и его хаори взметнулось тёмным крылом. Он направился к Кэнсукэ, который стоял в позе чиновника, ожидающего порки от вышестоящего начальства.

— Староста, — голос Тадзимы вновь стал гладким и безличным, как отполированная поверхность меча. — Мне нужны отчёты по осеннему сбору и списки потерь после последних беспорядков, а также планы по укреплению частокола к зиме. И хотелось бы еще учесть текущие запасы продовольствия. Пройдемте в ваш дом. Не будем лишать людей праздника…

Кэнсукэ закивал, засуетился, его лицо стало маской почтительности, под которой пряталась вековая усталость пахаря.

— Конечно, почтенные господа, сию минуту, прошу извинить за беспорядок и скудость…

Он бросил на меня быстрый, сложный взгляд и повёл высоких гостей прочь, в тёмные провалы между домами. Толпа расступилась перед ними, как колосья перед серпом, а потом хлынула ко мне…

Одобрительное гудение, возгласы, сдавленные восклицания — всё это смешалось в звук, похожий на ветер в бамбуковой роще, который нарастает, наполняя всё пространство в округе.

Первым подошёл Тоё, сын рыбака. Его лицо сияло, как отполированная медная монета в лунном свете.

— Кин- сама! Это было… невероятно! Я никогда не видел ничего подобного! Ты сражался, как бог, а потом — бац! И он на земле!

За ним потянулись другие мужчины. Каждый норовил хлопнуть меня по плечу и сказать доброе слово. Женщины, те самые, что шили мне кимоно, смущённо улыбались, пряча лица в рукава, как птицы прячут клюв под крыло. Дети, те самые мальчишки и девчонки, что помогали раскрашивать змеев, визжали от восторга, бегая вокруг меня, как щенки вокруг большого пса.

— Наш демон с синими глазами победил! — закричал один из них, мальчуган лет семи, с разбитой коленкой и озорными глазами, полными звёзд. — Видал? Видал, как он его шваркнул?

— Наш демон победил! — подхватили другие, и крик стал песней, наивной и чистой, как родниковая вода.

Я не мог сдержать улыбку. Она сама вырвалась наружу, как первый луч солнца из- за горы. Я кланялся в ответ на поклоны, кивал, говорил короткие слова благодарности, которые терялись в общем гуле, а сам искал взглядом Каэдэ…