— Иди сюда, тварь, — просипел он.
“Он же маг! — прозвенело у меня в голове. — Могущественный маг. Почему он не…”
Ящер визгливо рыкнул и шагнул к сиру Годфри, раздувая ноздри.
Нет! Он же его убьет!
Нет!
И тут я почувствовала, будто мою душу захлестнуло злым ветром. Амулет в ладони стал вдруг обжигающе-ледяным, в волосах затрещали крошечные молнии, и стало трудно дышать.
Как будто я силилась развернуть крылья и не могла, потому что их не было.
Как будто пыталась вдохнуть под водой и не могла, потому что не умела.
Как будто стояла над пропастью и знала, что нужно лететь вниз, но боялась сделать шаг за край.
А потом перестала бояться.
Как будто где-то внутри, глубоко в груди прорвало плотину.
— Прочь! — крикнула я и взмахнула рукой с амулетом.
Ящер недоуменно вскинул голову и свалился набок, всего в шаге от сира Годфри.
9.3
В этот момент я чувствовала себя так, будто кровь в жилах превратилась в игристое вино. Мелкие пузырьки магии щекотали и кололи кожу изнутри, переполняли все тело обманчивой легкостью, и казалось, что еще чуть-чуть, и я взлечу. Страх почти исчез. Теперь я будто смотрела со стороны на то, как ящер беспомощно скребет когтями по мосткам, пытается подняться, но с моих пальцев срываются сиреневые всполохи, и тварь Зеемхана испуганно верещит. Она боялась меня. Меня!
Моя магия была искристая и колкая, словно морозные узоры. Она пахла лавандой, спелой черешней и розмарином. Она была непривычно быстрой… Едва я успевала подумать о том, что следует сделать, пальцы уже чертили в воздухе новый знак.
Я всегда думала, что волшебство без учебы — ничто. Бесформенная сила, которую маг не может контролировать и оборачивать себе во благо. О, как же я ошибалась! Творить магию оказалось просто и естественно, как дышать, думать, чувствовать. Как будто я наконец стала целой, обрела часть, призрак которой всегда ощущала, но никак не могла ее обрести.
Тем временем сир Годфри дотянулся до своего меча и быстро, почти без замаха, вонзил острие ящеру в пасть. Тот взвизгнул и замотал головой, но это уже была агония.
— Мы… спасены? — неуверенно спросила я, и тут же, в насмешку над этой наивной надеждой, перед нами показались зеемханские воины. Они соткались из багровых сумерек, бесшумно вышли из теней и замерли в боевых стойках. Сабли с тихим шелестом выскользнули из ножен. И страх тут же вернулся. Одно дело — воевать с одним противником. Другое дело — противостоять хорошо обученным бойцам, которые знают, например, как биться с магами…
Однако тут между мной и зеемханцами взметнулась черная полупрозрачная стена, дрогнула, и волна искаженного времени ударила их, захлестнув с головой. Запахло озоном, перцем и корицей. И мне не надо было оглядываться, чтобы знать: Кейд пришел и спас. Снова меня спас. Уже в который раз.