Дверь. Знакомая лежанка с тонким матрасом. Подушка.

Упал на неё лицом вниз и мгновенно отключился.

Бум-бум-бум.

Я разлепил глаза и уставился в потолок своей каморки. Солнечный луч пробивался сквозь крошечное окошко, падая аккурат на лицо. Судя по положению солнца, утро давно перевалило за середину.

Бум-бум-бум.

Кто там ломится? Стража пришла разбираться с пожаром? Разгневанные ученицы, которые теперь остались без парилки?

Я скатился с лежанки, машинально нащупал робу на полу и натянул её на себя. Рубаха оказалась застёгнута криво, но разбираться было некогда.

Толкнул дверь, и удивленно остановился.

На пороге стояла Беллатрикс.

Рыжие волосы аккуратно уложены, никаких ожогов на бледной коже, зелёные глаза смотрят куда-то вбок. Выглядела она совершенно здоровой, целительница не соврала насчёт утра.

Только вот обычной надменности в её позе и взгляде сейчас не было и в помине.

— Я… — Беллатрикс запнулась, и её щёки чуть порозовели. — Я пришла извиниться.

Э-э-э… Чего?

— Вчера я говорила много лишнего, — продолжила она, по-прежнему избегая моего взгляда. — Думала о тебе плохое. А ты спас мне жизнь.

Она сглотнула, словно каждое слово давалось ей с усилием.

— И ещё… я хотела поблагодарить за спасение.

Ого, Беллатрикс извиняется. Лично, на пороге каморки внешнего ученика. Мир точно не перевернулся, пока я спал?

Махнул рукой.

— Забудь, это мелочь. Любой нормальный человек на моём месте поступил бы так же.

— Спасение жизни это не мелочь, — вскинула голову Беллатрикс, и её глаза впервые встретились с моими. — Теперь я в долгу перед тобой. Можешь попросить что угодно, и я выполню это, чтобы вернуть долг.

Хм… Видно было, как тяжело ей далось это предложение. Старейшина секты, личная ученица главы, предлагает какому-то кочегару исполнить любое желание. Для её гордости это наверняка как раскалённый уголь проглотить.

Я почесал затылок.

Что бы такого попросить? На ум приходили разные варианты, но все они казались либо слишком мелкими, либо слишком… ну, неуместными.

— Слушай, пока ничего в голову не приходит, — сказал честно. — Если надумаю что-то подходящее, скажу.

Беллатрикс кивнула, явно испытав облегчение от отсрочки. А потом протянула мне что-то лежащее на ладони.

Я посмотрел и увидел обрывок белой нити, тонкой и слегка светящейся. Это была моя Духовная Нить. Видимо в спешке даже не заметил, как она отцепилась во время спасения и осталась на теле Беллатрикс, когда я тащил её через горящий зал.

— Это твоё, — сказала она.

— Мне он не нужен, — покачал я головой. — Можешь поступить с ним как хочешь.

— Хорошо, тогда оставлю себе, — она аккуратно спрятала нить куда-то в складки платья, и между нами повисла неловкая пауза. Я стоял в дверях, она топталась на пороге, и никто из нас не знал, что говорить дальше.