Их бой превратился в сюрреалистичный, кровавый балет. Сера, как главная актриса этой пляски смерти, кружилась вокруг монстра, ее клинки парировали удары, высекая снопы багровых и стальных искр. Но она была лишь приманкой, ярким и яростным центром, приковывавшим к себе взгляд убийцы.

Лис и Ворон действовали как тени, словно отражения друг друга. Они не шли на прямой штурм, а появлялись лишь на мгновение: один слева, вонзая кинжал в сустав задней конечности, другой справа, пытаясь дотянуться до основания черепа. Их движения были пугающе синхронны, словно ими управлял единый разум. Шестирукий, отбиваясь от Серы, метался между ними. Клинки монстра проносились в сантиметрах от тел воинов, вспарывая камень стены, но не плоть.

Я видел, как на теле противника множились раны — глубокие порезы, обожженные участки от пламени Серы. Но он, казалось, не чувствовал боли. Черные, бездонные глаза были полны лишь холодной, нечеловеческой ярости, а одна из рук, удачно раненая Серой, двигалась чуть медленнее. И в этот миг тени сделали свой решающий ход.

Лис, словно призрак, возник прямо перед грудью монстра, отвлекая его. Шестирукий с ревом, напоминающим скрежет разрываемого металла, обрушил на него два своих клинка. Ворон в тот же миг, используя спину Лиса как трамплин, взмыл вверх, нацеливая кинжал в основание черепа.

Это был идеальный расчет, но монстр оказался хитрее. Третий клинок, двигаясь по немыслимой траектории, изогнулся в воздухе, как хлыст, и вонзился Ворону в спину, когда он был в наивысшей точке прыжка. Воин не вскрикнул, лишь коротко, судорожно выдохнул, и его тело, обмякшее, рухнуло вниз.

Лис, увидев падение напарника, на миг замер, и это мгновение стало для него вечностью. Два других клинка монстра, словно клешни, сомкнулись на нем, пронзив насквозь. Мужчина исчез в облаке брызнувшей крови и клочьев теневой маскировки.

Их жертва не была напрасной. Замедленная рука монстра на долю секунды осталась без прикрытия. Сера, с тихим, яростным воплем, в котором смешались боль, ярость и торжество, сделала молниеносный выпад. Ее клинок, пылающий алым пламенем, прошел по идеальной траектории, отсекая конечность по самую лопатку. Шестирукий, потеряв равновесие, качнулся вперед. И в этот миг клинок Серы, описав короткую дугу, вонзился ему в шею, под самым затылком, и вышел наружу, пробив горло.

Монстр замер, его тело застыло в безмолвном крике. Черные клинки рассыпались в прах, и массивное тело, грохнувшись о камень, навсегда затихло. Сера, тяжело дыша, стояла над поверженным врагом. Ее плечи вздымались от напряжения, но взгляд был устремлен не на Шестирукого, а на два темных пятна на земле — все, что осталось от ее товарищей.