– Артист погорелого театра, – шёпотом ответила мне старшая сестра. Танька покосилась на нас, но ничего не сказала и не спросила. Даже удивительно. На секунду мелькнула мысль, что видит и понимает она больше, чем показывает окружающим.

Оставшись без взрослых, мы самостоятельно позавтракали. Успокоившийся Петька охотно играл с Танькой в ладушки, Наташка хлопотала по кухне, а я набирал себе еды в ссобойку на весь день. Сестра только покачала головой, заметив, сколько съестного было напихано в узелок. Подошло время идти встречать стадо, и я ушёл на работу, так и не узнав, как там дела у одного алкаша и рукоблуда.

***

Сегодня Однорукий был особенно рассеян и задумчив. Он молча шёл, жуя травинку и глядя куда-то в бесконечность выше линии горизонта. Как не споткнулся в своих драных сапогах да не вспахал носом землю – непонятно. Я ткнул рукой в убежавшую далеко вбок молодую телушку, привлекая внимание пастуха, который заметил мой жест и повернул-таки голову в нужную сторону:

– Ну сходи да прибери её обратно, – буркнул Иван и снова замолчал.

Быстрым шагом я направился к потеряшке, на ходу распуская свёрнутый кнутец. Телушка успела отойти на сотню метров в сторону и продолжала неторопливо удаляться. Я догнал её, обошёл и попытался щёлкнуть в воздухе рядом с ней, чтобы напугать. Получилось хорошо, даже слишком – кончик кнута стеганул молодую коровку по носу. Ошалевшее от боли животное взмумукнуло, задрало хвост и с выпученными глазами ринулось прямо на меня, пригибая голову, чтобы ловчее насадить меня на рога.

Сказать, что я испугался – значит сильно преуменьшить. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди, Ядро стартануло без всякого разогрева, а Энергии с утра было море – ещё ничего не успел потратить. Каким-то невероятным прыжком я перескочил бегущую на меня корову, мгновенно заработав острую боль в коленях, ступнях и икрах: тело явно не было готово к таким перегрузкам. Вдобавок при приземлении оступился на какой-то кочке и упал. Спиной ощущая разворачивающуюся на меня взбесившуюся корову и уже представляя вонзающиеся в тело рога, я чуть не Прыгнул, лишь в последнее мгновение осознав, что сзади меня не доносится ни одного звука.

Очень медленно обернулся, затем поднялся на ноги. Телушка стояла ко мне задом, как примороженная, и не шевелилась. Атакующие коровы так себя точно не ведут. Замерев в нерешительности, я не знал, что делать дальше. Животное тем временем аккуратно обошло меня, даже не покосившись в мою сторону, и довольно быстро потопало обратно в стадо. Я ещё постоял немного, будто одинокий столб посреди чистого поля, затем, прихрамывая, поплёлся вслед за коровой, аккуратно сматывая кнут.