И что это было? Какая-то новая способность? Я, вроде, ничего такого не делал, чтобы воздействовать на агрессивное животное, да и просто не успел бы ничего предпринять – настолько растерялся. Вернувшись к стаду, я пристроился сбоку от медленно шагающего Ивана.

– Ну что же ты так! Животина она ласку любит, а не по голове кнутом. Тебя бы так хлыстнуть, может, ума бы прибавилось, – укоризненно произнёс Однорукий. Ничего себе, он на таком расстоянии умудрился разглядеть подробности моей великой битвы с коровой. Хорошее же у него зрение.

***

Серков, ругаясь сквозь зубы, яростно оттирал скомканным куском старой газеты свежий птичий помёт с фуражки.

– Чёртова ворона, как же ты меня достала! Чтоб у тебя все перья повыпадали, клюв отвалился и окрестные воробьи над тобой ржали день и ночь!

– Что ж эта птица к вам так привязалась, Василий Арсентьевич? – Покрышкин сочувственно отозвался из-за стола, где он подшивал в папку протоколы допроса свидетелей по особо важному делу – краже штанов, сушащихся во дворе. Кому могли понадобиться чужие ношеные порты, да ещё и в населённом пункте, где большая часть жителей друг друга неплохо знает, Серков не мог взять в толк. И вообще, за неделю это была уже четвёртая кража, причём похищались каждый раз предметы, не представляющие собой особой ценности: старая пятилитровая кастрюля, небольшая ржавая наковальня, которой хозяйка подпирала ворота сарая, кадка для засолки огурцов, а теперь вот штаны. Не иначе, пора начинать искать залётных воришек – происходящее явно выбивается за рамки поведения местного населения. Но всё равно и по недавно освобождённым из тюрем жителям Берёзовки надо пройтись.

– Не знаю, Валентин, но уже хочется достать ружьё и патроны с мелкой дробью, да пристрелить эту сволочь пернатую, – в сердцах отозвался участковый.

– Как в Челябинск-то съездили?

– Как, как. Каком кверху нас там всех поставили, – проворчал Серков, – движение, мол, есть, а результата нет.

***

Поездка в Челябинск, и правда, была не располагающей к хорошему настроению. Всю группу, работающую по делу о так называемом «лесном убийце», собрал на совещание Тарасов. Заседали в кабинете старшего следователя в здании Прокуратуры Челябинской области.

Серков как участковый уполномоченный села, насчитывающего около пяти тысяч жителей, впервые залетел так высоко, но и дело здесь было резонансное. Чай, не мелкая кража и не пьяный мордобой с поножовщиной, с которыми он обычно имел дело.

Пока коллеги рассаживались, Василий с интересом изучал обстановку. К добротному дубовому столу хозяина был придвинут ещё один, более простой и длинный – для совещаний. Обычные деревянные стулья с полукруглыми спинками, гранёный графин с водой и пара стаканов, высокий металлический несгораемый шкаф в углу возле окна – обстановка была простая и функциональная. Стены, выкрашенные тускло-зелёной масляной краской, потолок в побелке. Ничего выдающегося, казённая строгость.