— Я Анжела, — представилась Фифа, — приехала с новгородским князем. Гуляю в ваших прекрасных садах.
— Мира и здоровья тебе, Анжела, — произнесла няня и все же решила поклониться.
Фифа ответила ей тем же, отчего Дмитрий захихикал. Можно было не сомневаться, мальчик в свои восемь лет уже отлично знал, какие ритуалы положены кому по рангу. Но смеялся он, очевидно, не над Фифой, а над всей ситуацией.
— Меня зовут Людмила, — сказала няня, — я присматриваю за этим непоседой. Это сын сокольничего.
Мальчик высунулся из-за юбки Фифы и прокричал что-то тонким голосом, напоминающим птичий крик.
— Если это был сокол, то очень странный, — улыбнулась Фифа. — Не прячься, малыш, иди к Людмиле.
— Не хочу, — надул щеки Дмитрий.
— Вот ты, сорванец, где! — запыхалась вторая няня, подбегая к ним. Она выглядела старше и полнее Людмилы. — Меня зовут Глаша, сударыня. А на мальчика не обращайте внимания, он глупенький.
— Все в порядке, — сказала Фифа, беря мальчика за шиворот и подталкивая его к нянькам. — Можете не притворяться, я знаю, что он никакой не сын сокольничего. Говорит, что когда вырастет, будет повелевать морями.
Лица нянек стали каменными. Фифа поняла, что, видимо, об истинном происхождении ребенка здесь никому не полагалось знать. С другой стороны, вряд ли кто-то этого здесь не знал. И пока обе няни стояли в замешательстве, не зная, как реагировать, мальчик раскинул руки в стороны, словно изображая сокола, наклонился вперед и с криком помчался по дорожке.
— Ловите, — сказала Фифа, смеясь и указывая на беглеца.
И Глаша с Людмилой, подхватив юбки, бросились ловить будущего властителя морей. Фифа решила им не мешать. Хотя, наверное, она бы поймала ребенка быстрее. Похоже, она ему понравилась. Как, впрочем, все новое и блестящее. Да и вряд ли ребенок часто видел новые лица в этих садах.
«Вот тебе и сад», — подумала Фифа. — «Для кого-то веселая прогулка, а для кого-то заточение. Сколько таких детей рождается и взрослеет в золотых клетках, а скольким не суждено вырасти…»
Ее мысли прервал короткий крик. Фифа обернулась.
Людмила лежала без сознания посреди сада.
Анжела оглянулась почти в панике. Ее паника была вызвана не тем, что одной из нянек стало плохо, а тем, что никто из стражников не спешил на помощь. То ли никто не следил… то ли следить было некому.
Фифа бросилась по тропинке, но замедлила шаг, увидев, что из-под затылка Людмилы течет струйка крови.
Не останавливаясь, она сошла с дорожки и прошла по траве меж деревьев, чувствуя, как бешено колотится сердце.
— Людмила? — тихо спросила Фифа и заметила движение справа.