Через минуту он уже вовсю несся прочь от тусклых огней, порохового дыма и звуков пушек. Прочь от кораблей Дрейка и чужих вод, отделявших его от Англии. Все дороги отсюда вели в Мадрид, вглубь страны.
Никакого эффекта туннельного зрения при постановке боевой задачи Цинк не испытывал. Просто мир становился гораздо проще. Был он, были два испанских корабля, на одном из которых везли Рима, а на другом — остальных ребят. Всех должны были доставить на аудиенцию к высокому столичному чину. Предположительно, послу Бернардино де Мендоса. Который, без сомнения, уже добрался из Парижа в Мадрид, чтобы рассказать королю о странных чужеземцах, дважды помешавших их интригам.
Король Фелипе II не упустит шанса поговорить с предводителем этой странной группы демонов, описание которых, подробнейшем образом сделанное сто лет назад и сохраненное до нынешних времён, оставил Великий Инквизитор Торквемада. Демонов во плоти, которые вернулись спустя век, чтобы мешать Великой Испании завоевывать мир. И наверняка король полагает, будто сможет допросить столь удачно взятых в плен демонов.
Но он просчитался. Потому что один из них был на свободе. И сейчас мчался на аудиенцию к королю лично. Цинк собирался уточнить некоторые условия допроса и, если понадобится — внести коррективы.
Глава 27
Два дня спустя к воротам Мадрида подходил путник. Его покрывали дорожная грязь и многочисленные ссадины. Он шатался, словно больной. Или только что побывал в тяжких боях. Всё это было недалеко от истины.
Коня он давно потерял. Его трофейная испанская военная форма треснула почти на всех швах. И он постоянно бормотал, изредка бросая фразы, словно отвечал невидимому собеседнику. Слова словно сами вырывались из его рта. Небритое лицо изредка слегка кривилось, как будто странник спорил с кем-то и был недоволен собеседником.
Он выглядел точно, как испанский солдат. Шёл так же — военной походкой, впитанной за долгие годы. И лишь перед самыми воротами замедлился, опираясь о дерево. На его голову был накинут капюшон, который в ночи полностью скрывал его лицо, а руки заметно дрожали. Путник в бессильном бешенстве обхватил ветку.
— Тише ты, — успокоил Орк. — Так и поцарапаться можно. А руки тебе еще понадобятся. Мало ли с кем воевать.
— Заткнись, — мотал головой Цинк. — Тебе нет. Ты умер. Ты просто сдох…
— Ну, случается, — пожал плечами Орк.
— Я сошел с ума, — пробормотал Цинк.
— Ну-ну, не все так плохо, — утешил его мёртвый подопечный. — Все куда более прозаично. Ты спишь на ходу. А я тебе снюсь каждый раз, когда ты не бодрствуешь. Депривация сна еще не такие штуки вытворяет.