— Да, согласен, — кивнул Рим, всем видом показывая, что не считает это проблемой. — Рано или поздно догадаются. Местные не идиоты. И, как правильно заметили Бык с Фифой, мы принесли им знания и процветание. А с ними и соображалку. Иными словами, мы им больше не нужны, понимаете? Мы не нужны Новой России.

— М-да, — произнес Гек, вставая с места. — Фифа, тут есть кофе, или что-то вроде? Я, это, всем наварю быстренько…

— Давайте не отвлекаться, — призвал Цинк. — Серьезный разговор, на самом деле.

Гек с неохотой сел на место.

— Мир изменился, — продолжал Рим. — Его развитие ускоряется. А мы стали тому причиной. Так что нам нужно найти для себя новую цель.

Он оглядел присутствующих и продолжил:

— Если вы не ещё заметили, то мы с вами в уникальном состоянии. С момента прыжка во времени мы впервые находимся в состоянии покоя. У нас нет актуальных задач. У нас нет цели. Когда мы хоть раз так сидели, все вместе, не имея на повестке дня миллиона проблем?

Цинк зашевелился и неодобрительно почесал подбородок, явно что-то обдумывая.

— А ведь ты прав, Рим, — буркнул Бык. — Мы всё время были чертовски заняты. А теперь стоим на вершине мира. Надо бы придумать, чё дальше делать.

— Сходить с вершины, — сразу сказал Цинк.

Бык озадаченно покосился на Рима, словно ожидая возражений с его стороны. Тот в упор смотрел на Цинка.

— Нам всем не очень хорошо далась роль божеств, — говорил Цинк. — Да, мы дров не наломали, уже хлеб. Хотя, может, и наломали. Как ты правильно сказал, благодаря нашему приходу индейцы больше не отсекают друг другу головы и не швыряют их с вершин пирамид. Население возросло, технологии улучшились, но вот стал ли мир лучше от этого? Я, честно сказать, затрудняюсь ответить. И очень рад, что никто этого у меня не спрашивает. Тем более что у нас командир на такой случай есть — давать ответы.

Цинк вернул Риму его собственный взгляд, и Риму этот взгляд не понравился. Он почувствовал, что сжимает стакан, и снова попытался разжать хватку привычным способом — через осознанное напряжение. Но у Рима не получилось — только он попытался сжать пальцы сильнее, как стакан треснул у него в руке.

Дзю даже вздрогнул. Гек снова подорвался с места. Выглядело это так, будто Рим осознанно решил сделать «розочку», чтобы напасть на Цинка. Медленно выдохнув, Рим показал себе и остальным пустую ладонь без малейших царапин.

— Какой я неуклюжий, — пробормотал он. — Видать, башкой в детстве роняли.

Бык расхохотался немудрёной шуточке, мигом разрядив обстановку.

— Давай уберу, — сказала Фифа, вставая с места. Она смахивала осколки со стола какой-то тряпкой на поднос. Рим мог только удивляться: даже инопланетный корабль, стоит в него поместить женщину, со временем обрастает предметами какого-то простейшего быта.